Один из похитителей вновь вернулся в эту конуру, распахнул дверь и без слов направился в сторону Алёны.

– Пошли, – встряхнул ее за плечо, поднимая с пола, – пошли, я сказал, – рявкнул в ответ на попытки ее сопротивления.

Он выволок Алёнку в основную часть дома, совершенно не скрывая лица. Кажется, был уверен в своей безнаказанности. Она читала это в его темных глазах, они нагло блуждали по ее телу похотливым взглядом, а руки бесцеремонно лапали грудь.

Он швырнул ее на диван, засаленный и прокуренный диван. Он был единственной мебелью в тускло освещенной комнате. Стоило ей соприкоснуться с грязной тканью, как этот недоносок резко дернул ее за лодыжки, подтянул к себе и вытащил из кармана нож. Алёна пискнула, а ее зрачки расширились.

Холодный металл прошелся по женской щеке, спускаясь ниже, к ложбинке на груди. Мужчина дернул рукой, и материал платья расползся по разные стороны от соприкосновения с острым лезвием. Она смотрела на происходящее не моргая. Эмоции уже давно поглотил страх, жуткий, липкий страх, когда ты не можешь даже вдохнуть. Воздуха не хватало, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.

– Уйди от нее, – пропитанный командным тоном голос позади подействовал на того, в чье лицо она неотрывно смотрела эти несколько минут, и мужчина нехотя отошел в сторону.

В глаза ударил яркий свет фонарика, и Алёна по инерции прикрыла лицо руками.

– Если ты будешь сговорчивой, то мы тебя отпустим.

– Что вы хотите? – Алёна сглотнула и перевела взгляд на того, кто минуту назад разрезал ее платье. Он стоял неподалеку, все так же без маски. У него было грубое лицо с широким подбородком и ярко выраженными скулами. Далеко посажены друг от друга глаза, а уродливая горбинка на носу говорила о том, что ему его не раз ломали.

– Владик сказал, что у него есть счет, который оформлен на тебя.

– Счет?

– Не притворяйся дурой. Если ты сейчас поедешь с нами и снимешь деньги, мы тебя отпустим.

– Я не знаю ни о каких деньгах.

Отрада помотала головой, нервно передергивая плечами.

– Я же говорил, что по-хорошему ничего не выйдет. Хватит с ней церемониться, – мужчина без маски вновь двинулся на Алёну, и в этот раз тот, кто светил в ее лицо фонариком, его не остановил, – иди сюда, сучка.

Отрада вжалась в спинку дивана, а когда он приблизился, подалась вперед, упираясь ладонями в каменную грудь. Хотела оттолкнуть его, чтобы… чтобы что? Кто даст ей отсюда сбежать?"

"Ее сопротивление встретили громким смехом. Широкая ладонь сжала Алёнино горло и со всей силы впечатала ее в стену. В глазах мгновенно потемнело от удара головой, и она обмякла. Звуки стали тише, мужчины ругались между собой, оставив ее на полу. А после их крики сменились новыми, более громкими. Кажется, помещение наполнилось людьми.