Она боялась даже дышать, все казалось ей страшным сном. Кошмаром. Хотелось открыть глаза и очутиться дома, в теплой постели, но, сколько бы она ни пыталась проснуться, у нее не получалось. Все происходящее было реальным.

Локти и колени жгло от появившихся на них царапин. С ней не нежничали, просто закинули в машину, словно она вещь, а не человек.

– Сиди тихо, – один из нападавших направил в ее сторону ствол, и Алёна лишь крепче обняла себя руками.

Шилов валялся рядом без сознания, его почти сразу вырубили прикладом автомата в голову. Алёна в страхе смотрела на его обездвиженное тело, на изредка переговаривающихся между собой мужчин и тихо скулила, крепко стиснув зубы, она так боялась, что они услышат ее надрывные всхлипы, но никак не могла успокоиться.

Ровный асфальт уже давно сменила ухабистая дорога, машину трясло, как и всех ее пассажиров. На одной из кочек Алёна влетела плечом в стенку, и по телу расползлась очередная волна едкой, выворачивающей наизнанку боли. Некогда шикарное платье уже давно было не лимонным, а разрез, идущий по правой ноге, разъехался по шву еще выше, оголяя бедро.

Девушка попыталась прикрыться, но в ту же секунду в ее талию уперлась мужская стопа в черных берцах.

– Тихо лежи, – голос был грубым, дерганым. Тот, кто это говорил, кажется, волновался не меньше ее самой.

Алёна часто закивала и, сжавшись в кокон, прикрыла веки. Слезы уже высохли, сейчас она просто молилась о том, чтобы ее спасли. Хоть кто-то. Возможно, если там была охрана Азарина… возможно, он ей поможет.

Машина остановилась за городом, рядом с небольшим деревянным домом-сторожкой, а вокруг ни души, только дикий высокий бурьян и краешек смешанного леса неподалеку. Возможно, когда-то здесь и была деревня, но сейчас поросло травой.

Алёна не могла сориентироваться, где они, но при этом она все видела. Ей не завязали глаза, а когда вытащили на улицу, лишь с силой толкнули к двери этой избушки. То, что они позволили ей видеть, пугало еще больше. Конечно, она даже не догадывалась, куда ее привезли, но сам факт того, что им было на это плевать, говорил о многом.

Им не было дела до того, что она видела, – ее никто не собирается отпускать. Вероятнее всего, ее убьют и похоронят здесь же, за этим домом. Припорошат грязной землей, чтобы ее никогда не нашли.

Эти мысли пожирали, ноги подкашивались. Внутри этого сарая ее толкнули в одну из комнат и закрыли дверь на защелку снаружи. Когда Алёна оказалась там, на какие-то доли секунды ей полегчало. Эти маски, люди, в руках которых было настоящее, боевое оружие, слишком сильно ее пугали.