Она билась в истерике ещё минут десять, пока силы её не оставили. Пока рыдания не стихли, а в её глазах не осталось слёз, чтобы плакать.

Тогда я просто поднял её на руки, чувствуя, как она прижимается лицом к моей шее, и понёс её. Подальше отсюда.

Кажется, что сюда съехались все. Вообще все, я имею в виду. Вокруг, наверно, не осталось ни одного пустого места, которое не занимали бы машины с мигалками. Полиция. Пожарные. Машины скорой. Ещё кто-то. Творился полный хаос, но… это даже странно. Меня словно отрезало. Я ничего не слышал.

Да и не хотел слышать. Мне было наплевать.

— Рахманов?

Повернувшись на голос, я увидел, как ко входу в клинику идёт целая процессия во главе со знакомым мне лицом.

— Ваше высочество, — кивнул я, осторожно ставя Елену на землю, но всё ещё прижимая её к себе одной рукой.

Меньшиков посмотрел на девушку, и по его лицу пробежала мрачная тень.

— Распутин?

— Мёртв.

— А твой брат…

— Тоже мёртв, — тем же тоном ответил я.

— Ясно.

Ясно. Всего одно слово. Одно единственное, проклятое слово. Ясно. Что ему может быть ясно?

Оскорбления хотели сорваться с языка, но я сдержался. Нет, не благодаря силе воли или воспитанию. Просто не оставалось сил. А те, что были, тратить на Меньшикова у меня не осталось никакого желания.

А потому я просто пошёл вперёд, аккуратно ведя Елену рядом с собой…

— Александр, — Николай остановил меня, поймав за рукав пиджака, когда я проходил мимо него. — Мы позаботимся о ней…

— Нет.

Услышав это, он вздрогнул.

— Александр, ты должен отдать её нам…

— Я никому и ничего не должен, — холодно ответил я, посмотрев ему в глаза. — И уж точно я ничего не должен тебе."

"Наши взгляды встретились, и в глазах Николая я увидел железную решимость забрать девушку. А ещё я увидел, как его взгляд скользнул по её покрытым кровью порезанным ладоням. Он даже не удивился. Просто подметил это для себя.

Как если бы хорошо был осведомлён о причине.

И после этого моё желание выполнить обещание, данное умирающему старику, стало ещё сильнее. Сейчас у меня доверия к Меньшикову не было ни капли.

— Отойдите, — приказал я.

Почти ждал, что сейчас люди Меньшикова попытаются вырвать её из моих рук. Большой палец сам собой нащупал вновь надетое кольцо…

Может быть, так и было. Если бы не неожиданно раздавшиеся испуганные крики откуда-то со стороны.

Харут вырвался из толпы окружающих нас людей во всей своей пугающей естественности своего настоящего облика. Здоровенный зверь с чёрной, будто бы покрытой тонкими иглами шкурой. Он вмиг оказался рядом со мной и тут же повернул голову с широкой пастью в сторону Меньшикова и остальных.

Что сказать, его протяжное и угрожающее рычание оказалось более чем красноречивым.

Может быть, это возымело эффект. А может быть, мои слова. Или ещё бог знает что.