И головы лишить её не получится: одну срубишь — вырастут две, три, а то и больше, и аппетит у всех отменный — хуже будет.

Кто-то, если бы услышал наш разговор, решил, что эта тайная организация, а я в ней палачом устроился. Всё совсем не так, сложнее, что ли.

Вот люди часто ходят в церковь, читают молитвы, обращаясь к богу о помощи, просят спасти их от зла, козней дьявола. Но самое парадоксальное — они не верят в существование этого всего, им проще сделать вид, что всё метафора. Если бы. И поговорка «если я этого не вижу, значит, этого не существует» не прокатит. Уподобляться страусом негоже, мы воздуха тоже не видим, но без него не сможем прожить и дня.

Пусть не всё так, как представляют, но война между добром и злом никогда не прекращалась, за каждую душу идёт борьба.

Реальность такова, что существует два лагеря: один работает на тьму, другой на свет. У человека есть право выбора, на чью сторону встать. И пока баланс между силами существует — всё нормально. Моя задача за этим проследить, а сделать это можно, только став одним из теневых правителей мира сего. Более того, я сам этого хочу, мне хватило того, как меня шантажом вынудили работать на правительство.

Больше такого не случится. Да и расклад сейчас не в нашу пользу. Людей развратили, подменили понятия, эта самый действенный способ управлять массам и самый губительный.

— Не нужно меня уговаривать, я знаю, что от меня требуется. Знаешь, был бы у меня другой вариант — монастырь, я бы предпочёл его.

— Александр, это для тебя лёгкий путь, и ряса — не твой наряд. Более того, скажу, что ты со своей будущей любовью уже встречался…

— Так, стоп… — выставил я руку. — Не нужно мне предсказаний, предпочитаю сам проживать свою жизнь, пусть ошибаться, но без подсказок.

— А знаки? — с прищуром посмотрела на меня Агафон.

— Знаки допустимая вещь.

— Сюрпризы, значит, любишь, — вновь хитро усмехнулся он.

— Жить без них не многу. Всего доброго.

— До встречи через два года.

Ну вот что с ним делать, а? Всё рано сделает по-своему!

* * *Я беру её руку и подношу к своим губам. Хочу запомнить этот момент. Зачем? Сам не знаю. Поцеловав, отстраняюсь, но не выпускаю её руку — просто не могу.

— Знаешь, когда я тебя увидела первый раз, была ошеломлена. Не красотой, а другим, но тогда не могла понять, что же это такое.

Теперь, кажется, знаю — аура… — она замолчала, вновь прошлась по мне взглядам. — Нет, не она, а сила, исходящая от тебя, настолько мощная, что дух захватывает. Ты, наверное, скажешь, что это всё наркотики. Возможно, в последние дни я вижу странные вещи: знакомых, которых в живых уже нет, мельком, но видела. И люди, живые… они словно излучают свет, у кого-то он тусклый, есть более яркий. А ты… — Она облизнула губы, прикрыла глаза.

— Огонёк, ты устала, поспи немного, я никуда не уйду.