Значит, он еще жив.

Сил на то, чтобы встать, не было. Слишком вымотал меня этот переход и перетягивание чужой души через край. Рентон сейчас должен чувствовать себя еще хуже. Он пока не шевелился, не до конца придя в себя. К счастью, нам некуда торопиться. Духи не явятся за нами в мир живых, они остались за краем. Единственная угроза — рана Рентона.

Я провела мысленную ревизию собственного тела и вдруг обнаружила, что рука лорда лежит на моих ягодицах. Уверенно так, по-хозяйски. Когда только успел? Ведь был же без сознания!"

"Я затаилась и прислушалась к сердцебиению Рентона. Ритм ускорился, а ладонь надавила сильнее, буквально впечатывая меня в мужское тело. Я запрокинула голову посмотреть Рентону в лицо. Его глаза были закрыты, мышцы расслаблены, но это было ложное ощущение безопасности.

Уловив мое движение, лорд тоже оживился. Провел второй рукой вдоль моего позвоночника, перешел выше, запутался пальцами в волосах, затем подался ближе ко мне и прижался губами к шее.

Сердечный ритм Рентона подскочил. Удары стали лихорадочнее. А у меня внутри так полыхнуло, что я едва не задохнулась. Я потерялась в новых, ранее неизведанных ощущениях. Никогда еще я не была настолько близка с мужчиной. Никто не обнимал меня вот так — горячо и страстно, не прикасался губами к коже. Знакомые парни боялись подойти ко мне ближе, чем на десять шагов, какие уж тут поцелуи.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Рентон провел губами по моей шее, нежно прикусил кожу, а потом лизнул. Я выдохнула через сжатые зубы. По телу прокатилась легкая дрожь, и я непроизвольно дернулась.

От моего резкого движения Рентон пришел в себя. Отстранился и взглянул на меня так, будто видит впервые. Вдохнул отрывисто и тряхнул головой, сбрасывая наваждение. После чего снова хмуро посмотрел на меня и приказал:

— Слезай с меня! Немедленно!

— Я бы с радостью, но ты держишь меня, — я скосила глаза вниз, намекая на ладонь, по-прежнему лежащую на моей ягодице.

Рентон вздрогнул, словно лишь сейчас осознал, что делает. Быстро отдернул руку как от горячего, после схватил меня за плечи и рывком сбросил с себя. Откуда только силы взялись у раненого!

Я перекатилась и упала на спину, чудом не приложившись затылком об пол. Вот она людская благодарность! Вместо «спасибо» за спасение — грубость и тычки. Между прочим, не я обнимала и целовала лорда, это все он. Так с какой стати я осталась виноватой?

Застонав, Рентон сел, правой рукой придерживая бок. Похоже, рана именно там.

— Здесь повсюду кровь. — произнес он. — Ты как?

— Выживу, — пробормотала я, поднимаясь с пола. — Кровь уже засохла. Приступ вызывает только свежая.

— Отлично.

Рентон, кряхтя, тоже кое-как встал и проковылял к покосившемуся стулу в углу. Он попросил меня набрать снег в кадушку, что валялась возле двери.