Здесь и сейчас…

— Кирилл… — выдыхаю рваным, полным паники голосом.

Голоса вокруг меня. Шаги. Люди, которые нарушают мое личное пространство.

И я становлюсь слепой и глухой ко всему, кроме него. Кроме Кирилла…

Лежа на боку, он тяжело дышит. Бледный, как полотно. Над ним склонился мужчина, а я падаю перед ним на землю, потому что ноги меня не держат.

Кровь пропитала его рубашку на спине. От страха у меня немеют руки.

— Не бойся… — хрипит, глядя на меня. — Вызови скорую…

Стоящий рядом мужчина уже это делает. Я уверена, не он один.

— Только не закрывай глаза… — прошу сипло, подкладывая ему под голову свой легкий пиджак.

 — Я не знаю, что делать… — дрожащей рукой провожу по его волосам…

— Ничего. Не переворачивай меня. Вызови скорую…

Из-за слез его лицо расплывается. Воздух застревает у меня в легких, я не могу вдохнуть.

— Только не бросай меня… — шепчу ему.

Он молчит, плотно сомкнув веки и губы.

— Только не уходи… Кирилл… — я произношу это с ужасом.

Меня охватывает ужас от того, что все это реально. Кровь на моих руках, его пепельное лицо. Утекающее сквозь пальцы время. Прямо на моих глазах. Вместе с его жизнью.

И я ничего не могу сделать. Ничего!

— Скорую… — шевелятся его губы.

— Не бросай меня, пожалуйста! — выкрикиваю.

Лицо заливают слезы. Я не могу дышать. Не могу…

Он молчит. Он без сознания.

Я глажу его голову. Сжимаю пальцами его ладонь в своей. Боюсь его отпустить. Его рука холодная.

Я все еще не дышу.

Вокруг меня суета. Чужие люди. Сирены полицейских машин. Потом сирены скорой помощи.

Меня в больницу отвозит какая-то девушка. Она не разговаривает со мной, я просто пялюсь в лобовое стекло. Я становлюсь замороженной куклой. Руки и ноги не гнутся, эмоции на лице отсутствуют.

Я словно ходячий труп, но это просто шок, гораздо страшнее пугающая темнота, которая пытается заполнить мою душу, чтобы отнять надежду.

Его забрали в операционную. Операция начнется с минуты на минуту…

Теряю над собой контроль, когда оказываюсь в безликом пустом коридоре, куда меня приводит медсестра. Энергосберегающие лампы на потолке так хорошо мне знакомы. В пространстве, где нет никого, кроме меня, мои хрипы звучат невыносимо громко.

Тело дергает. Я снова не могу вдохнуть…

Пожалуйста… только не уходи… Кирилл!

— Господи, бедная… — передо мной возникает женщина в белом халате.

 — Выпей, — заставляет обхватить пальцами пластиковый стакан. — Дыши, — водит рукой по моей спине. — Давай-давай, вдохни…

С ее помощью мне удается сделать вдох, но лучше бы не получилось, ведь все это время как раз воздуха мне и не хватало, чтобы завыть. Я вою, уткнувшись лицом в ее живот, а она что-то говорит, ласково гладя меня по волосам.

Когда рассвет окрашивает потолок коридора розовым, посещает мысль, что про меня забыли.