Одуренный запах малышки почти сносит все планки. Губы манят так, что ниже пояса все дергается. Рвется к ней.

Вот же черт!

– Так что  у нас с ужином?

Провожу рукой по ее щеке.

Заставляю себя от нее отшатнутся.

Черт!

Разве я когда-нибудь терял контроль? Но с ней все по-другому! Чувствую, что может сорвать окончательно! Все! Все не так с этой девчонкой!

Жадно дышу, хищно пожирая ее мелькнувшее тело глазами, пока она снова заворачивается в свой защитный кокон.

– Я думала. .. Ты ведь правда сказал, что больше не будешь приходить. Что мы больше вообще не увидимся! Там что-то еще осталось.

Но я сейчас приготовлю.

Лепечет. Нервно облизывает губы.

Ну вот что ты делаешь, чертовка! Опять провоцируешь!

– Идем.

Резко развернувшись, прохожу на кухню.

Здесь все сияет чистотой. Как будто и не живут здесь две девчонки. Ни пылинки. Да после меня одного остается такой бедлам! Хотя питаюсь я здесь обыкновенно только крекерами с какой-нибудь нарезкой. Или заказываю еду, если не валюсь с ног.

– Ты ела?

Зато аромат витает такой что можно изойти слюной.

– Да. Мы уже собирались спать.

Топчется неловко.

– Совсем немного осталось.

Пока перекуси, а я что-нибудь приготовлю. Сейчас.

Давлюсь таки слюной по-настоящему, когда вредная соблазнительница накладывает мне на тарелку остатки плова. Черт! Ну правда. Как домой вернулся! В самое детство.

– Сядь. Не суетись. Мне хватит.

Даже глаза прикрываю. Вдыхаю аромат. Точно такой, как когда-то у нам на кухне дома!

– Тогда… Я пойду?

– Просто посиди со мной. Тань. Если не устала слишком.

Как-то вдруг наваливается.

Всю жизнь был один. И меня это устраивало. Наоборот. Чужое присутствие утомляло.

Особенно тех женщин, которые оставались здесь на всю ночь.

Их попытки захватить территорию и похлопотать на моей кухне жутко раздражали. И еще их трещание языком.

Но с ней… С ней таки все, вот все не так!

Даже кухня становится вдруг слишком большой для одного. Начинает давить своим пространством.

Таня удивленно распахивает глаза.

И меня злит. Злит то, что она смотрит на меня с таким недоверием. Как будто подвоха какого-нибудь ждет!

Я что? Зверь, по-твоему, а, девочка?"

"– Конечно, – отвечает как-то неуверенно. Опускает глаза и теребит рукава огромного махрового халата.

– Что-то еще?

– Нет.

Просто посиди. Побудь.

Замирает. Затихает.

Думаю, расспрашивать о том, как прошел день, нет смысла. Девочка слишком напряжена.

А я…

Вот же черт!

Я чувствую, что и этому рад! Даже когда вот так просто сидит. Рядом. Опустив глаза в стол.

Через время таки расслабляется.

Смотрит на меня исподтишка. Когда думает, что я не замечаю ее взгляда.

Рассматривает осторожно. Как будто присматривается.

А после…

Чуть не пропускаю момент, когда малышка пошатывается на стуле.

Прямо сидя засыпает!

Подхватываю на руки.