Нагло торчат, заставляя в голове взметнуться целую бурю сумасшедших фантазий!

Я бы этот топик с нее даже бы и не срывал! Просто бы втянул губами, чуть прикусив!

Посмотрел бы тогда. Как бы она запела!

А рукой бы перекатывал под пальцами вторую сладкую горошину! Пока вторая рука выясняла бы, надела Танюша, невинная моя девочка, под шортики трусики, или нет! И насколько они у нее стали мокрыми!

А зараза отшатывается, когда встаю рядом с ней.

Обходит меня на максимальной дуге. Смотрит с опаской.

Тихонько выхожу из-за ограждения.

Максимальным усилием воли заставляю руки оставаться при мне!

Уже полный рот слюны на эту невозможную девчонку!

И… Не только слюны!

Много еще жидкости прямо закипает в организме! Шипит.

Готова эту жидкость взорвать, как шампанское, из которого вытащили пробку! Только перед этим хорошенько взболтали бутылку!

О, да. Эта девчонка меня таки взболтала не по-детски!

Но ничего. Сжимаю челюсти еще сильнее. Ничего. Я дождусь. Пока сама попросит! И тогда покажу ей. По полной. На максимум. Как она не хочет! Врушка вредная!

– Ты мне ужин должна, Татьяна.

Перекатываю ее имя на языке.

Оно такое же сладкое.

Такое же сочное, как и сама сладкая малышка.

– Мы договаривались!

Нет. Ну должен я же хоть что-то получить, а?

– Ты просто сказал, что мы больше не увидимся, – пожимает плечами, резко накидывая на себя огромный махровый халат.

Судорожно закутывается в него.

Еще бы больший выбрала!

В этот она три раза завернуться может! Так, что только нос один торчать останется!

Еще и нервно завязывает пояс. На пять узлов. Надо же!

– Пояса верности у тебя нет?

Ехидно спрашиваю, наклоняясь над малышкой.

– Такой железяки, которая все интимные места намертво закрывает? А что? Я бы не удивился.

Мне вот всегда было интересно. Как они с этими поясами в туалет ходили? И металл же. Натирает наверное. И ржавеет. А, Тань?

– Откуда мне знать?

– Откуда? Судя по тому, как ты себя ведешь, ты единственная, на ком я способен обнаружить что-нибудь подобное. И даже не удивлюсь! Только ты сильно ошибаешься, если думаешь. Что меня это остановит! И вот это.

С легкостью дергаю поясок на себя. Одним рывком разматываю ее наверченные впопыхах хлипкие узлы.

– Вот это тоже. Не остановит. Даже если как в кокон замотаешься.

Порву, если захочу!

– Женя…

Черт!

Смотрит так умоляюще, как будто это не она сегодня под моими пальцами извивалась!

Интересно. Как малышка решила этот скользкий, я бы даже сказал, оооочень мокрый, вопрос?

Под душ пошла? Струи себе на чувствительный бугорок пустила? А сама пальчиками дорабатывала?

Или до душа все же не дошла? Прямо на столе себя до взрыва довела?

А вот я так и остался голодным! И на взводе!

Пальцы горят.

Наклоняюсь над ней так близко, что чувствую, как жадно и напряженно бьется жилка на ее шее.