Наверное, людям и в голову не может прийти, что им помогает вызвать почившего родственника целый граф. Официально с Леонардо сняли обвинения, но земли и титул отца не отдали, и снова принят при дворе он не был. И все-таки жизнь и титул графа с землями ему сохранили. Правда, он не раз мне говорил, что жалеет об этом и жить так невозможно.

Леонардо и в самом деле пришлось вытерпеть немало. Поначалу на темного жреца люди собирались смотреть целыми улицами, поэтому его появление всегда скрывалось. Потом на него начались покушения. И даже светлые жрецы и охрана не могли остановить намерений злоумышленников. Люди считали, что такому чудовищу нельзя жить на свете. А сколько раз его карету закидывали гнилыми помидорами и тухлыми яйцами… Не счесть. И как только узнавали, в какой он едет?

Но личность темного все же оставалась тайной. Для этого Арман придумал целую процедуру, которую нельзя было нарушать при работе со жрецом, подобрал подходящих людей в сопровождение и охрану, вырыл дополнительный тайный ход к флигелю, в котором официально на территории тюрьмы жил темный жрец, и лично контролировал создание кожаной маски и ее креплений. Чего не сделаешь ради будущего собственных детей! Приходилось даже периодически принимать Леонардо дома и заниматься его психологической реабилитацией. Армана, правда, хватало только на то, чтобы предложить ему повеситься на ближайшей сосне, но я старалась помочь и донести до бедняги, что все изменится, нужно только время. Тем более что в остальном Леонардо продолжал вести нормальный образ жизни. Только это, чувствую, его и спасало.

И со временем наши усилия начали приносить плоды. Поначалу темного приглашали лишь в самых неразрешимых случаях, но постепенно его услуги начали пользоваться все большей популярностью, а недовольство горожан — снижаться. Уже несколько лет как его появление перестало быть чем-то из ряда вон выходящим, а на карнавалах начали появляться молодые люди в масках, как у темного жреца.

— Ты же знаешь, что Леонардо периодически просит его освободить. — Я провела пальцами по шраму мужа. — Хотя чаще приходит просто поговорить. Как это ни дико звучит, но мы его единственные друзья. Все остальные от него отвернулись.

— Друзья… — криво усмехнулся Арман и покачал головой.

— Это обычно тебя так не раздражало. — Я пристальнее посмотрела на Армана. — Что случилось на этот раз?

— На этот раз тебя не было дома, и он не постеснялся заявить, что тогда он лучше придет потом.