А потом бесшабашно улыбнулся, стукнул в стенку кареты и громко крикнул, чтобы кучер его услышал: — Поворачивай к главному храму Пресветлого! Я собираюсь жениться на самой прекрасной девушке во всех мирах!

И как в нем сочетается серьезность и жесткость с эдакой мальчишеской удалью и порывистостью?

— Я в таком виде в храм не пойду! — рассмеялась я.

— Какая привередливая у меня невеста, — шутливо возмутился он и снова заправил мне растрепанные волосы за ухо. От моей прически осталось только честное слово, что она когда-то у меня была. — Не переживай, до утра еще три часа. А на храмовой площади есть замечательная гостиница. Там мы найдем все что нужно.

— Ты так говоришь, будто каждую неделю там женишься.

— Анна, я — канцлер этого королевства. Неужели ради меня и моей будущей жены управитель не расстарается?

— Действительно… Должен же ты иметь хоть какие-то преференции.

Арман снова рассмеялся, а я внезапно вспомнила настоятеля главного храма и произнесла:

— Мне кажется, кардинал будет рад, что ты женишься. Кто он тебе?

— Ты очень проницательна. Да, он будет рад, что я женюсь именно на тебе. Ты ему по-настоящему понравилась. Что бывает не так и часто. — Арман поцеловал меня в нос. — Кардинал долгие годы был моим воспитателем. Когда в роду рождается ребенок с темным даром, к нему всегда приставляют светлого жреца, чтобы тот привил ему ответственность за свои поступки и наставлял, пока ребенок не повзрослеет. Именно поэтому так опасны спонтанные инициированные. Такие, как Леонардо. Они плохо понимают природу своей силы и свою ответственность перед божеством, изнанкой и людьми.

— Теперь многое становится на свои места, — задумчиво произнесла я.

— Что именно?

— Неважно. — Сейчас мне не хотелось говорить о воспитании. Хотелось совсем другого. Я прижалась к Арману покрепче и тоже призналась: — Я тебя люблю.

— И я тебя люблю.

А я подумала, что счастье есть — яркое, солнечное, распирающее изнутри, бьющее в голову веселыми пузырьками. Оказывается, иногда оно настигает людей даже в обычной карете, которая неторопливо едет по тихим ночным улицам.

И пусть завтра разразится скандал, и придется разбираться с последствиями сегодняшних событий, я собиралась быть счастливой в этом чужом, непростом, но очень интересном мире.

Эпилог

Почти одиннадцать лет спустя

Все-таки свечное дело — почти медитативный процесс. Взять длинный фитиль, опустить его в расплавленный воск, поднять, подождать, пока воск застынет, и снова опустить получившее в расплавленную массу. И так до тех пор, пока свеча не станет подходящего размера.

И если поначалу этот процесс казался скучным, то со временем я стала получать от него удовольствие. В монастыре мало развлечений, и производство свечей может сойти за одно из них.