– Мама! – воскликнула Снежана, залилась краской и отчего-то виновато посмотрела на Зимина. Он сначала удивился, а потом вдруг понял. Так вот почему она сказала, что он не превратился в медведя!

– А я же сразу тебе сказал, что ты – милая девушка, – сказал он, нагнулся к соседнему сиденью и снова со вкусом поцеловал Снежану. – Я ведь если вижу, что девушка милая, так сразу так и говорю.

– Поехали уже, – чуть сердито сказала принцесса его мечты, – мне ужасно хочется как следует рассмотреть сколок и понять, что именно зашифровала в нем Тата Елисеева.

Эпилог

Сколок лежал там, где они его оставили, – на подоконнике в маминой спальне. Снежана развернула пожелтевшую, ломкую от старости бумагу, чувствуя, что у нее перехватило дыхание. Рисунок был все тем же, что она помнила с детства. Кресты, кресты, кресты. Купола какого-то храма. Облака, дорога, изгибающаяся между крестов.

– Такое чувство, что наша дорогая прабабушка спрятала сапфировый крест на кладбище, – медленно сказала за ее плечом заграничная тетушка. – В этом есть определенный смысл и определенная ирония. Она похоронила крест, который не приносил ничего, кроме горя. Понять бы еще, где.

Снежана пригляделась внимательнее. Церковь на сколке была ей определенно знакома. Кружевная дорога вела к одной из могил, на которой крест был крупнее, чем остальные. Посредине прямоугольника, видимо являющегося могильным камнем, кружевная вязь складывалась в буквы. АБ."

"– Боже мой, я поняла, поняла. – Снежана так обрадовалась, что даже в ладоши захлопала, словно маленькая девочка. – Татьяна Макарова-Елисеева была очень хорошим человеком, понимаете. Она с юности мучилась от того, что они с подругами стащили крест. И была одержима мыслью вернуть его в дом Брянцевых. Думаю, что, решив избавиться от креста и понимая, что не может поведать своей наставнице и педагогу Софии Брянцевой всю правду, она действительно спрятала его на кладбище, на могиле.

– Софии? – заинтересованно спросила мама.

– Вряд ли. София умерла только в 1911 году, за два года до Авдотьи Бубенцовой. К тому моменту крест уже много лет покоился в земле. Думаю, что, скорее всего, Тата спрятала его на могиле Софьиной матери, основоположницы вологодского манера Анфии Брянцевой. С одной стороны, вернула семье, с другой, сделала это тайно, не раскрывая деталей. Видите буквы? АБ – это Анфия Брянцева.

– А это значит… – медленно начал Зимин. Снежана не дала ему закончить. Это был ее триумф, ее расследование, и только ей было уготовано довести его до конца.

– Анфия Брянцева, впрочем, как и Софья, похоронена на Горбачевском кладбище, – торжественно сказала она. – Тетя, вы не знаете, но оно существует до сих пор, и храм на нем все тот же – Воскрешения Лазаря.