Сухой опять чуть заметно улыбнулся, перевел взгляд на Ремнева, со скучающим видом разглядывающего Москва-Сити с высоты птичьего полета, и тот передал ему документы по партнерству.

И Носорог позволил себе немного выдохнуть. Диалог сложился.

А потом было несколько дней расслабона, выгуливания казачки по Москве с обязательной культурной программой. Он вспомнил эту программу и мысленно облизнулся. Хорошая. Надо будет повторить обязательно. Обязательно.

Вот только с делами разберется. С проблемами насущными. С подчиненными оборзевшими.

— Ну так что, Бать? Мало?

— Не жалуюсь я, Паш, — ответил, наконец, Батя, — только это никакого отношения к моим делам с Соней не имеет.

— То есть, мое прямое распоряжение для тебя — пустой звук? Так? А что в следующий раз будет? А?

— Паш, ты не борщи, а?

Батя, неожиданно легко переместился прямо к Носорогу, и тоже закурил. Не выказывая никакой боязни. И Паша подумал, что, пожалуй, он недооценил своего верного помощника. Эта мысль резанула неприятно и больно. Один раз он так уже недооценивал близкого друга. И эта ошибка до сих пор побаливала на плохую погоду. Сравнение пробило морозом по коже, и Паша мысленно порадовался своей предусмотрительности, и тому, что никогда не перекладывает слишком много обязанностей на одного человека. И всегда всех проверяет. Паранойя, да. Но это спасло ему однажды жизнь.

— Паш, дело не в деньгах. Она — моя женщина.

— И давно она твоя, бл*? Она-то в курсе вообще? Я вот по записи особо не заметил, чтоб она согласна была. По роже ты нехило словил от нее.

— Да ты чего, Паш? — изумился Батя, — ты думаешь, я ее силой что ли?

На это замечание Носорог только головой помотал. Нет, на изнасилование происходящее на записи походило очень мало. Скорее, на драку с последующим жестким трахом. И Сонька вела себя не менее развратно, чем Батя. Конечно, Паша, особо не улублялся в просмотр, ему и начала вполне хватило, чтоб понять суть.

Однако, по собственному печальному опыту он знал, что иногда даже отлично вые***нная баба не чувствует своей принадлежности. И может очень качественно еб*ть мозг. До синих яиц и каменного непроходящего стояка.

И, судя по тому, что подобный эпизод был единственным, Сонька-таки мозг Бате поимела еще хлеще, чем член. Не зря же злой ходит. А вот потому что нечего приказы начальства не выполнять.

Паша задумался, как бы так поизящнее наказать Батю, и не сразу понял, что тот сказал:

— Я женюсь на ней, Паш."

"Носорог повернулся, молча затянулся еще раз, внимательно изучая поплывшего подчиненного, покачал головой.

Да, какие кадры теряем… И это, бл*, не о Бате он сейчас. Вот где ему новую секретаршу искать теперь?

31

Я сосредоточенно вбивала данные в базу, стараясь в который раз не налажать с галочками.