На улице совсем стемнело, никого вокруг видно не было, но лёгкая тоска всё равно вновь коснулась моего плеча. – Они же ничем не отличаются от нас, Аэлирн. Почему всё сошлось к войне и взаимному уничтожению? Неужели нет способа избежать кровопролития? Это же… отвратительно.

– Посмотри на ситуацию с другой стороны, дорогой, – Павший не торопился подниматься – всё так же сидел, расслабленно привалившись спиной к дереву и вытянув ноги. – Если бы на тебя вдруг двинулась армия Тёмных, предлагая перейти под их знамёна, ты бы подчинился? – уловив мою растерянность, он ухмыльнулся.

– О том и речь. Ты, конечно, можешь попробовать снести Джинджеру голову и проехать с ней по Империи, утверждая свои права. Как думаешь, сколько из его подданных согласится перейти под твоё правление? – я закусил губу, и он продолжил. – А если ты, положим, попробуешь заключить с ними союз?

– Да здесь же дети! – взорвался я, и его лицо мигом вытянулось, краска отхлынула, словно её сдули. – Здесь абсолютно невинные жители, как в чёртовом Беаторе! Все воины сбежали в Лар-Карвен и сидят там, нашпигованные страхом и дерьмом по самую макушку.

Они оставили здесь пушечное мясо!

– Они остановились в прошлый раз, когда разрушали мирные поселения? – холодно поинтересовался он, скептично приподняв бровь.

– Мы не они.

– Именно поэтому тебе вонзят нож в спину снова. – Тон Аэлирна становился всё более ледяным с каждым мгновением, я чувствовал его неодобрение всем существом, и не знал, как ещё донести до него свою мысль. – Льюис, на войне умирают. Тебе пора свыкнуться с этой мыслью. И когда ты сжёг тот городишко Роула, ты не особо переживал о мирных жителях, которые погибли в огне.

Так почему сейчас тебя вдруг начало волновать, что с ними станется? – Я промолчал и опустил взгляд, дёрнув головой, как упрямый мальчишка. – Понимаю. Я тоже когда-то хотел ребёнка. В силу моих наклонностей это было непросто. Но мне так хотелось знать, что где-то есть кровь от моей крови, какое-то время эта мысль просто убивала меня изнутри, сжирала заживо. Знаешь, до чего я дошёл? Я прибег к экспериментам. Магия и медицина. С извращённым умом это становится настоящим генератором пыток и способов мучительных смертей. Юноши, столкнувшиеся с подобной проблемой, отдавали мне себя в распоряжение. Многие из них умирали в агонии, в страшных муках, моля меня прекратить начатое. Одному из них удалось выжить, как и ребёнку. Счастье, которое я видел в его глазах было невозможно описать. Но Совет прознал об этом и сжёг все мои наработки с множеством формул. Когда у мальчишки возникли проблемы, я не смог ему помочь, и он просто скончался у меня на руках.