Так что она сейчас в больничке, сыновья мои туда же поскакали, бандитов обезвредила доблестно явившаяся уже к финалу полиция.

Все в порядке, короче говоря.

Как я сдержался и не заревел зверем на весь сквер, где и в каком месте я этот порядок видел, до сих пор непонятно.

Наверно, Дарьин испуганный взгляд остановил. А еще треск мобильного в руке.

Я вырубил придурка.

Но телефон зазвонил опять. Паша-прокурор.

Уже с успокоительным.

Типа, все нормально, там уже разобрались, они , оказывается, как раз в картишки играли в клубе у Бойца, когда эта хрень произошла.

И среагировали быстро.

Так что все нормально.

И можно не волноваться.

И мои парни – герои.

Ага. Герои. Так по жопам надаю, бля, что долго на свои тарахтелки не сядут!

Я попрощался с генпрокурором, опять глянул на Дарью.

Она смотрела строго и собранно. А потом сказала:

- Я такси вызову. Езжай по делам. Позвони только, как возможность будет.

И в тот момент я понял, что на ней надо жениться.

Спокойный вечер.

Дарья.

Я долго принимаю душ, старательно смывая с себя остатки романтического настроения вечера.

Не сказать, что он неудачным получился. Отнюдь, нет.

Смазанный финал не помешал получить удовольствие от происходящего.

Я вспоминаю, как мы гуляли под каштанами, уже сбросившими листья, как ярко и торжественно светила луна, как внимательно смотрел на меня мой совершенно случайный мужчина.

И думаю о том, что случайности иногда перерастают во что-то… Во что-то.

Неожиданное.

Казалось, совсем недавно я воспринимала Зверева исключительно, как помеху, как очередного властного мудака, появившегося в моей жизни, и старалась держаться от него подальше.

Но именно сегодня он раскрылся с другой стороны.

Конечно, не перестал быть тем самым властным, и , возможно, даже и мудаком… Но что-то человеческое в нем есть.

Он шел рядом со мной, смотрел на меня так жадно, так…

На меня не смотрели так мужчины.

Я привыкла к другим взглядам.

С юности.

Красивая, гибкая девочка-гимнастка.

На меня смотрели."

"Меня хотели.

И это хотение я научилась распознавать и избегать. Столько, сколько могла.

Пока не появился Сордин.

Я помнила, как увидела его впервые. После тренировки. Выходила из здания спорткомплекса, выжатая до невозможности, размышляла о том, как сильно мне не хочется домой. К матери и отчиму.

А он подошел.

Что-то сказал.

Я подняла взгляд и – ах! - буквально колени дрогнули.

Он был шикарен.

Высокий, накачанный, татуированный. Очаровательно улыбался. Смотрел с прищуром. И вид имел очень внушительный.

Он спросил, не хочу ли я поесть мороженного.

Мне нельзя было мороженного. Диета.

Но я залипла на его широченную шею и улыбчивые глаза и кивнула.

Мне было семнадцать.

Когда исполнилось восемнадцать, мы поженились.

Игорь был моей первой любовью, первым мужчиной. Во всем первым.