Зубову давно уже было понятно, что именно пытается объяснить Костя.

– Искусственный интеллект? – спросил он. – Запись, сделанная кем-то другим и пропущенная через программу, чтобы зазвучать голосом Ирины?

Мазаев кивнул.

– Я хочу сказать, Михаил Николаевич, что Ирина Введенская не резала себе вены и не собиралась кончать с собой. Ее убили.

Глава десятая

И все-таки это тоже были косвенные доказательства. Убийца оказался крайне предусмотрительным. На ноже, которым перерезали вены Введенской, нашли ее отпечатки пальцев. Нож валялся на полу в ванной комнате, ровно в том месте, где ему и положено находиться после того, как он выпал из руки Ирины.

Все выглядело так, словно женщина действительно покончила с собой, бросила нож на пол и, потеряв сознание, сползла вниз так, что ее голова оказалась под водой.

– А на самом деле? – напряженно спросила Велимира, которой Зубов рассказывал все это, потому что ей было интересно слушать, а ему рассказывать.

– А на самом деле я думаю, что он утопил несчастную, когда она принимала ванну. А потом инсценировал ее самоубийство, переслав заранее заготовленный звуковой файл с предсмертной запиской.

– И что она там говорит?

– Что она не знает, как жить в сложившейся ситуации. На ней огромный долг, который ей никогда не простят, деньги взять негде, впереди серьезный тюремный срок, и она предпочитает покончить со всем разом.

– Алеша, а может, ее убили те бандиты, которым она задолжала деньги за наркотики?

Зубов покачал головой:

– Вряд ли. Бандитам нет нужды имитировать ее самоубийство, возиться с голосовым сообщением. Зачем? Они бы просто вошли в квартиру, ударили несколько раз ножом, и все. Да и не нужна им ее смерть. Им нужны пятьсот миллионов, которые она задолжала. Ее квартира, комната умершего отца, лже-Малевич, которого никто не тронул… Все это могла бы реализовать живая Ирина, а не мертвая. Не говоря уже о том, что не надо скидывать со счетов шансы найти картину Григорьева и бриллианты.

Велимира грустно улыбнулась:

– А их можно найти?

– Мы ищем, – коротко ответил он.

– Но, может, Ирка, правда, покончила с собой?

– Может. Но история со звуковым файлом выглядит очень странно. И еще на мойке в кухне стоят тщательно вымытые два бокала из-под шампанского, а в мусорном ведре бутылка из-под него же. Кто-то был в квартире Ирины перед ее смертью. Если это был какой-то обычный гость, то он вряд ли стал бы тщательно мыть бокалы и стирать отпечатки пальцев с бутылки, перед тем как ее выбросить. А этот человек очень постарался не оставить следов.

– Тогда экспертиза покажет, после смерти ей разрезали руки или нет?

Зубов снова покачал головой.

– Нет, к сожалению.