Между тем до тетки с тележкой оставалось пройти всего с десяток шагов.

– Ша, делаем как я сказал! – перешел на шепот Постников.

Он первым подошел к скучающей работнице уличной торговли и небрежным тоном миллионера объявил:

– Четыре сахарных трубочки… Я угощаю!

Пацаны обступили тележку и стали напряженно наблюдать за тем, как теткина рука поочередно достает вожделенные объекты предстоящего преступного посягательства.

– Руки в гору! Это ограбление! – неожиданно рявкнул Петька и, схватив ближайшую к себе трубочку, бросился к пешеходному переходу. Благо там как раз горел зеленый свет.

– Ур-рааа! – на редкость слаженно, хотя заранее и не сговариваясь, завопили Айвазян с Зарубиным.

В следующую секунду они на всех парах неслись следом за «атаманом Постниковым», сжимая в кулаках трофейное мороженое.

Впавшая в замешательство тетка довольно быстро очухалась и, проявив недюжинную прыть, пустилась в погоню. Вот он, наглядный пример того, что любое преступление требует тщательной подготовки: вопреки прогнозам «разбойников», торговка, мало того что оставила тележку, так еще и оказалась, невзирая на комплекцию, весьма неплохим спринтером.

И кто знает, чем бы закончились эти бешеные скачки, кабы на переходе не загорелся спасительный красный, и стартовавший трамвай не отсек мороженщицу от улепетывающих пацанов. Сообразив, что при такой форе малолеток не догнать, она сердито побрела обратно и с удивлением обнаружила возле тележки остолбеневшего четвертого подельника.

– Та-ак! – грозно прорычала торговка, уперши пухлые руки в еще более пухлые «боки». – А ты почему не убежал? С остальными воришками?

– Они не воришки, тетя, – шмыгнул носом Юрка. – Они… они просто пошутили.

– Хороши шуточки! Я вот сейчас милицию вызову и заявление напишу. О краже в особо крупном размере. Вот тогда и поглядим: кто над кем смеяться будет!

– Не надо милицию. Вот… – Юрка вытащил из кармана мелочь и дрожащей рукой ссыпал на блюдечко: – Это за всех… До свидания.

– Стоять!

Несостоявшийся разбойник испуганно втянул голову в плечи.

– Сдачу забери! Мне от воришек лишнего не надо!

Сгорая от стыда, паренек сгреб сдачу и понуро поплелся к переходу.

– А ну вернись! Трубочку возьми! Давай-давай. Раз уж уплочено…"

"Ночью, снова и снова переживая эпизоды ограбления, Юрка долго не мог уснуть. В детской голове его роились не по годам взрослые вопросы: «…Почему я это сделал? Посчитал, что пацаны совершили ошибку и ее надо исправить? Или всего-навсего испугался? Но чего? Понятно ведь, что никакую милицию тетка вызывать бы не стала. Не убыло бы от нее, с четырех мороженых. А если так… Чего в моем поступке было больше: нормальной пионерской и папа-маминой правильности? Или все-таки страха перед возможным наказанием?..