Медвежья сила позволяла совершать невероятные прыжки, Воздушный шаг давал скорость, а боевой опыт подсказывал, когда нужно уклониться, а когда — контратаковать.

— Ярослава! — крикнул я, заметив, что Глашатаи беспомощно барахтаются в облаке спор. — Добей их!

Засекина не заставила себя ждать. Воздушные серпы рассекли парализованных тварей. Глашатаи взвыли и рассыпались мокрой плотью, лишив Кощея усиления.

Лорд зарычал от ярости. Его меньшие руки отшвырнули трупы неизвестных, и он сосредоточил всё внимание на нас. Невидимая сила телекинеза схватила Ярославу, вздёрнув её в воздух, точно пойманную зверушку в когтях хищника.

«Сначала умрёт твоя спутница», — прорычал Кощей, сжимая невидимую хватку.

* * *И в этот момент активировался второй артефакт Угрюма. Защитный купол вспыхнул над острогом — полупрозрачная полусфера, отливающая в магическом зрении лиловым.

Сгусток смерти ударил в барьер с оглушительным грохотом. Чёрная энергия растеклась по куполу, ища слабое место, но барьер выдержал. Некротическая сила рассеялась, не причинив вреда.

— Ха! — торжествующе выкрикнул Кузьмич. — Получили, мрази!

Жнецы взревели от ярости. Лишённые прямого контроля Кощея, они попытались перехватить управление ближайшими Бездушными. Их воля прокатилась по полю боя сумрачной волной. Сотни Трухляков и Стриг развернулись и ринулись на защитный купол, пытаясь пробить его массой тел. Они лезли друг по другу, создавая живые пирамиды, царапали энергетический барьер когтями, грызли его гнилыми зубами.

— Сержант! — крикнул Игнатий Панкратову. — Самое время для вашего сюрприза!

Седоусый ветеран оскалился в хищной улыбке. На его лице не было страха — только холодная решимость солдата, прошедшего десятки боёв. Он поднял гранатомёт — последний в арсенале острога — и прицелился в двух Жнецов, стоявших ближе остальных.

— Ловите гостинец!

Термобарическая граната рассекла пространство, оставляя за собой дымный след. Взрыв потряс землю. Сначала вспышка — ослепительно белая, выжигающая сетчатку. Затем огненный шар, расширяющийся с чудовищной скоростью. Температура в эпицентре достигла тысяч градусов. Оба Древних просто испарились, их многотонные тела превратились в пепел за долю секунды. Ударная волна смела десятки ближайших Бездушных, разбросав их останки на сотни метров.

— УРАААА! — грянуло со стен. — ЗА УГРЮМ! ЗА УГРЮЮЮМ!

Дружинники воспряли духом. Винтовки и штуцеры загремели с новой силой. Маги удвоили усилия, обрушивая на врага всю мощь стихий.

Игнатий почувствовал, как гордость распирает грудь. Его сын создал это. Собрал этих людей, выковал из них настоящую силу. И теперь, пока Прохор рисковал жизнью в тылу врага, они держали оборону.