За ними двигались монструозные Стриги. Воздух наполнился вонью разложения и чем-то ещё — холодным, мёртвым запахом, от которого стыла кровь в жилах.

Дружинники отстреливались из всех стволов. Пулемёты выплёвывали свинцовый град, штуцеры гремели залпами, но на каждого убитого Бздыха приходило трое новых. Волчьи ямы давно были завалены телами, рогатки сломаны напором мёртвой плоти.

— ЗАПУСКАЙ МАЯК! — прогремел едва ли не на весь острог крик Бориса.

— Готовьтесь! — скомандовал Игнатий, поднимая свой жезл с сапфировым навершием. — Как только Маяк включится, бьём со всей силы!

Он бросил взгляд на центральную площадь, где возвышалась массивная конструкция — творение Арсеньева, Карпова и Соболевой. Шесть гигантских кристаллов Эссенции, каждый размером с небольшую дыню, были закреплены в металлическом каркасе, опутанном сложнейшими рунными схемами.

Внезапно воздух задрожал. По команде Бориса Арсеньев активировал Маяк Жизни. Сначала кристаллы засветились изнутри — мягким, пульсирующим светом, похожим на биение сердца. Затем свечение усилилось, превратившись в ослепительное сияние. Энергетические потоки закрутились вокруг артефакта, формируя сложный узор из светящихся нитей.

Первая волна энергии прокатилась по острогу с мелодичным звоном. Игнатий почувствовал, как усталость словно смыло невидимой рекой. Боль в суставах, мучившая его последние годы, отступила. Мелкие царапины и ушибы затянулись за считанные секунды. Дружинники на стенах выпрямились, их движения стали быстрее и точнее. Раненый боец с перевязанной рукой сорвал бинты — под ними была здоровая кожа.

Вторая волна ударила по полю боя с силой молота. Бездушные словно наткнулись на невидимую стену. Трухляки в первых рядах зашатались, их иссохшие тела начали дымиться. Стриги издали нечеловеческий вой, от которого кровь стыла в жилах. Их движения замедлились, бронированные панцири стали трескаться. Некротическая энергия, питавшая тварей, начала рассеиваться под напором жизненной силы Маяка, вытекая из них чёрным дымом.

Третья волна была самой мощной. Пульсирующий импульс чистой жизненной энергии разорвал ментальные связи между рядовыми Бездушными и их Лордом. Трухляки застыли в замешательстве, косясь друг на друга. Стриги заметались, потеряв координацию, врезаясь в собственные ряды. Впервые за время штурма в их рядах воцарился хаос.

И наконец, над острогом развернулся невидимый купол — последний дар Маяка. Игнатий почувствовал, как давление на его разум, постоянное гнетущее присутствие Кощея, исчезло. Словно тяжёлый камень сняли с груди. Маги вокруг него выдохнули с облегчением, многие только сейчас осознали, насколько сильным было ментальное воздействие врага.

— Теперь! — рявкнул Платонов-старший.