– Мы не разводимся, – подтвердил Яр, но я почувствовала, как он напрягся и притянул меня ближе к себе.

– И живут вместе, – жизнерадостно встрял Марк. – Да-да. Просто Фаня пару дней за Маркизом присматривала. Да, ба?

– Конечно! Маркиз не может сейчас жить со мной на даче, он боится, – величественно подтвердила бабуля. – Но сегодня Стефания будет ночевать у себя дома, а за Маркизом присмотрит Сева.

И если нам с Марком папа еще мог не поверить, то бабушкин непререкаемый авторитет сыграл свою роль, и родитель расслабился.

А я осознала всю степень подставы от любимой родни…

Глава 15

Ярослав

Глядя на мгновенно вспыхнувшую мордашку Стеши, захотелось крепко пожать Марку руку.

А бабушку своей жены в тот момент я готов был заключить в объятия.

Я не просил их поддержки, но был безумно им благодарен. И озадачен. Быстро же слухи дошли до прокурора! Слишком быстро.

И нет, я никогда не пользовался своим родством с отцом Стефании. Нельзя сказать, что побаивался его. Знал, конечно, что подпортить мне судьбу он может всего одним звонком куда нужно, но священного трепета не ощущал.

Я – военный, офицер, и мне не нужна «крыша».

Перед нашей со Стефанией свадьбой между мной и Михаилом Юрьевичем состоялся серьезный разговор, где я четко озвучил, что поддержка на службе мне от него не нужна. Я сам был в состоянии решать все возникающие проблемы и не собирался бегать к отцу своей жены.

Еще пообещал, что с того момента, как Стефания возьмет мою фамилию, ответственность за нее буду нести я, в том числе и материальную. И ни разу не нарушил своего слова, делая для жены все и даже больше. И кайфуя от ее отдачи.

..

Она всегда отдавала очень много: тепла, радости, эмоций. Шумно радовалась даже самому незначительному подарку, самой крохотной мелочи. Ей был важен сам подарок, а не его содержание. И ей хотелось дарить еще и еще, просто чтобы вновь видеть радостную мордашку, светящиеся глаза. И ловить ее на подлете, когда моя жена желала запрыгнуть мне на руки.

А о сексе с ней я даже думать лишний раз не мог – член вставал в полную боевую готовность только от отголоска мыслей о моей обнаженной супруге…

Прижал Стешу покрепче, с удовольствием наблюдая за реакцией ее тела на мои прикосновения.

Сколько бы она ни пыталась уговорить меня и себя, что обижена, ее тело всегда моментально отзывалось. Легкое нажатие на спину – и вот она уже ерзает на стуле, на молочных щеках растекается румянец, а веснушки становятся еще ярче.

Я ее понимал. Понимал и давал возможность решать самой. Потому что если бы это я заподозрил ее в измене, то с вероятностью сто процентов – сорвался бы. Не на ней. Но город вполне мог пострадать.