Еще меня возмутило, что выбросила, не согласовав свои действия со мной.

Мундир почти новый, а стоит он… Да, а сколько? Рублей шестьдесят, не меньше. Не помню. Маменька платила.

Еще бы ладно — в деревню отнесла, Петьке перешить. Так нет, в печку. Ладно, что догадалась петлицы спороть и крест снять.

— Ваня, если бы я тебя спрашивала — ты бы точно не согласился, — безапелляционно заявила барышня. — Ходишь, словно полохало[1]. А ты у меня должен красивым быть. Сам же как-то сказал, что в человеке все должно быть прекрасно, включая одежду. Куда годится, ежели коллежский асессор в штопаных штанах разгуливает? А ты не просто асессор и следователь, а еще и писатель. На тебя девчонки из гимназии смотрят. Елене Георгиевне — Леночке нашей, каково будет?

Как же объяснить, что у меня имеются свои пунктики? Не боюсь я мертвяков, но опасаюсь. Вдруг я штаниной или обшлагом сюртука до трупа дотронусь? Подменку-то — раз, и снял, потом переоделся в чистый мундир. А эта вроде спецовки.

— Так я этот мундир для покойников берег, неужели непонятно? Чтобы в дом запахи не вносить и, вообще…

— Не спорь со старшими, — заявила барышня, принимаясь колдовать над нашим обедом — разливать из ресторанного горшка по тарелкам первое блюдо. Тарелки, если что — из нашей кухни.

От такого заявления окосел и лишился дара речи. Но принюхавшись к ароматам — пахнет солянкой, пришел в себя.

— Кто это тут старший?

— Я Ванечка, я, — хмыкнула гимназистка шестого класса. — Меня сегодня старшей назначили. Ты, кстати, лапы помыл? Если помыл, бери ложку. Вот, как поешь, успокоишься, то и поймешь, что старшая сестра у тебя права. Не так уж часто тебе покойники встречаются, а если ты с покойника придешь — я твой мундир и выстираю и выглажу.

— Кто это тебя старшим назначил? — вскипел я от возмущения, даже забыв про выброшенный мундир.

— Ванечка, за стол, все остынет. Все вопросы потом!

Нет, это уже произвол и тирания. Ишь, старшая она. Выдрать бы, так уже поздно. Но пахнет вкусно, а я успел проголодаться. Пожалуй, сначала поем, а разборки потом.

Все-таки, в чем преимущество ресторанов этого времени, что нет «поточного производства», готовят от души. Поэтому, принялся работать ложкой.

Солянка отличная. Да, а кто сказал, что к нам лимоны не завозят? Оказывается, привозят. И маслины на месте."

"Самое смешное, что после добавки (и колбаски тут несколько сортов, и мясцо) осознал, что девчонка права. И впрямь — есть у меня мундиры, целых три. И чего я к этой штопанной подменке привязался?

И сестрица у меня молодец. Вон, на переменке, вместо того, чтобы потрендеть с подружками, сбегала в ресторан, сделала заказ и все оплатила.

— Аня, может, все-таки прислугу наймем? — поинтересовался я, нарушив табу, установленное еще прежней моей хозяйкой — не разговаривать во время еда.