– Жаль, тогда не сработает письмо счастья, теперь ты вряд ли станешь его читать, – цедит она.

– Письмо счастья? – холодею я.

– Я ни в чем не виновата, – обращается Ольга Федоровна не ко мне, а к Вальцову. – Хочу сотрудничать со следствием.

– Вы хотите, о чем-то сообщить? – Дмитрий Валентинович сейчас похож на пса, почуявшего добычу.

– Мой муж отправил письмо с ядовитым содержимым на имя Анастасии Дмитриевны Суворовой. На адрес Александра Николаевича Марича.

Она еще что-то говорит ему высокомерно, сдается мне, не понимая, что не ей диктовать условия, но я уже вылетаю наружу.

Срочно набираю Сашу.

И, о чудо, он поднимает трубку.

– Саша! Саша! – я кричу в трубку, пробегая по коридорам управления.

– Насть, что случилось? Я сейчас уже приеду. Курьер доставил все еще вчера, но нас не было, это очень важно. Я скоро…

– Саша, если там есть письмо для меня, не вскрывай! – я бестолково топчусь у пропускного пункта, ведь бегунок остался у Вальцова, но дежурный удовлетворяется паспортом, и я выскакиваю на крыльцо, обводя сумасшедшим взглядом парковку, в надежде, что Борзов уже здесь.

– Для тебя, – удивляется Марич. – С какой стати? Хотя, постой, есть…

– Не трогай его! Не трогай! – я захлебываюсь истерикой.

Мне страшно. Мне так страшно. Я не могу потерять Сашу, даже если онам с ним вместе быть совсем недолго. Не его. Не из-за меня.

– Хорошо, но оно от… Блядь, – не выдерживает Саша. – От твоей матери, якобы пересланное из дома. Штемпель стоит…

– Саша, убери его! Не прикасайся! Там внутри яд…или что-то опасное, – Борзова еще нет, но Вальцов тоже высыпается на улицу и машет мне ключами от машины куда-то вправо, я бегу за ним.

– Саш, я и Дмитрий Валентинович… Мы сейчас будем…

– Настя, успокойся. Я все понял. Я отложил конверт. Жду вас.

– Не клади трубку, пожалуйста. Говори со мной.

– Ладно, как ты относишься к идее отпуска? – медленно успокаивающим тоном спрашивает Саша. Он так всегда говорит со мной, когда я на взводе.

– Отпуска? Я же не работаю… – не очень осознавая, что несу, отвечаю я. Но мне главное, слышать Сашу.

– Зато работаю я. И лет пять не отдыхал. Как тебе поездка на острова?

Так он заговаривает мне зубы до самого приезда.

Я выстреливаю из вкатившей за ворота машины почти на ходу. Стрелой несусь к Маричу, стоящему на крыльце, засунув руки в карманы и зажав плечом мобильник, по которому все это время не давал мне сойти с ума.

Я наматываюсь ему на шею, стискиваю изо всех сил.

Живой. Любимый.

– Все будет хорошо, Насть, – гладит меня по волосам Саша. – Я люблю тебя, девочка. Я тебя не оставлю.

Эпилог

Десять месяцев спустя

В ресторане играет живая музыка. Приятный легкий джаз, за окном видна набравшая цвет сирень. Я по ней соскучилась.