Очевидно, близость казарм гвардейского полка давала заведению дополнительный оборот.

Буфетная стойка предлагала посетителям моченый горох, каленые яйца, печенку, сушки и пироги с визигой, нарезанные фунтовыми порциями. Буфетчик, лишь только увидев сыщиков, тут же налил им по кружке баварского и пододвинул пироги. Лицо его приняло неприятно-угодливое выражение. По всему следовало, что дядя Парамон – продувная бестия.

– Угощайтесь, гости дорогие! А водочки не плеснуть? Все за счет заведения!

Шереметевский заговорил с ним умышленно грубо:

– Паспорт покажи, спиногрыз.

– Вот, извольте. Прописан как полагается. Господин пристав Первого участка Нарвской части штабс-капитан Зарницкий хорошо меня знают, не брезгуют заходить. Раз кушали даже с самим господином полицмейстером Второго отделения![92]

Фамилия у буфетчика была необычная – Недайхлеб.

– Из малороссов? – спросил Алексей, пролистывая паспорт.

– Так точно, из Немирова родом. Запасный ефрейтор.

Лыков подмигнул товарищу. Ярославцы в Петербурге славились взаимовыручкой. Не то чтобы все друг другу помогали, но люди из одной деревни и даже волости считались земляками и водили промеж себя доброе знакомство.

А тут прощелыга из Немирова. Это было необычно и требовало разбирательства.

– Как случилось-то с вашим хозяином? – продолжил расспросы Алексей. – Сильно горюете?

– Сильно, – смахнул с глаза несуществующую слезу Парамон Антонович. Он нравился Лыкову все меньше и меньше. Лет пятидесяти, с бегающими глазами, весь фальшивый, как свинцовый рубль, крытый оловом.

– Что думаете делать?

– Продаваться надо, – приторно вздохнул Недайхлеб.

– Ты, говорят, уже и покупателя нашел?

– А куда деваться? – вскинулся буфетчик.

 – Архип Дорофеич сильный хозяин был, дело в кулаке держал. А Иван другой, он канареек слушает. Добрая душа. Слишком добрая для нашего злого города. Пропадем мы с таким, ежели что…

– И кто покупатель? – вынул блокнот коллежский секретарь.

– Снежинский Аполлинарий Лукич, личный почетный гражданин, торговец яичным товаром.

– Готов приобрести пивную за три с половиной тысячи рублей? – нажал Леонид. – А не дешево?

– Долги на нас, в две тысячи без малого. Архип Дорофеич музыкальную машину купил, биллиард обновил.

Да мяснику давно не плочено. Хорошо, что тело нашли! А то объявили бы Архип Дорофеича без вести пропавшим, и конец заведению. Промысловое свидетельство только до конца года, а тут пять лет ждать…[93] Аренду побоку, всех нас на улицу. Хорошо…

Лыков понял, что с наскока этого малого не взять, нужно проверять его через агентурное осведомление. И приказал Ивану:

– Веди сюда сожительницу брата, Кончикову.

Недайхлеб сразу насторожился:

– Чего взять с глупой бабы? Вы лучше меня послушайте.