– А родители Лерины где? Другие родственники? Ну, не детдомовская же она. Почему никто не приехал? Не хлопочет? Не помогает? За мной с дубиной не бегает?»

– Глеб, – снова звоню помощнику. – По родне Ушаковой отдельный отчет сделай. Может, стоит отправить кого-нибудь из наших следопытов на ее историческую родину и там с людьми поговорить.

– Уже работаем, Тимофей Сергеевич, – бодро рапортует тот.

– Ну и молодцы, – улыбаюсь довольно. Собираюсь еще дать парочку ценных указаний, но в трубке слышатся гудки. Пробивается еще кто-то."

"Дан, наверное…

Удивленно смотрю на входящий. Надя!

Интересно, что там случилось?

– Ладно, пока, – бросаю отрывисто Глебу и тут же переключаюсь на вторую линию.

– Тимофей Сергеевич, – лепечет в трубку знакомый до боли голос. А у меня аж дух перехватывает от радости. – Это Лера…

– Узнал тебя, – как дурак, улыбаюсь в трубку и спрашиваю осторожно. – Все в порядке?

Нехорошее предчувствие просачивается в душу. Просто поболтать Лера не позвонит. А значит…

– Тимофей Сергеевич, можно вас попросить? – лепечет она неуверенно. – Вам не трудно будет купить мониторы дыхания? Виктор Петрович убеждает меня, что синдром апноэ бывает редко. Но я волнуюсь. Вдруг с девочками что-то случится, когда я спать буду. Пожалуйста!

Голос дрожит. Лера чуть не плачет. Сколько ей? Двадцать два! Совсем молодая. А тут двойня!

– Погоди, я ничего не понял, – замечаю мягко. – Давай по порядку. Какие мониторы и кому нужны? У Торганова вроде есть в кабинете…

– Нет, это приборы так называются. Для малышек. Устройства специальные. Их к кроваткам подвешивают для контроля за дыханием. И если ребенок перестает дышать, прибор оповещает родителей.

В ужасе сажусь прямо. Никакого расслабона, сплошной напряг.

– Погоди, – увещеваю в трубку. – Почему дети перестанут дышать? С ними же все в порядке. Меня педиатры лично заверили. Анализы хорошие. Хрипов в легких нет. Только эта… как ее… желтушка новорожденных.

– Я про синдром апноэ говорю, – всхлипывает Лера. – Если дети задохнуться…

– Ладно, – бурчу я, подскакивая с места. – Я разберусь, Лерочка. И все, что надо, куплю. Не беспокойся, – убеждаю ее, словно маленькую.

– Правда? – спрашивает она недоверчиво.

– Ну конечно! – заверяю я, вкладывая в каждое слово максимум убеждения.

Закончив разговор, лезу в интернет. Пробираясь через медицинские термины, вчитываюсь в каждую строчку.

Лера права!

И сразу же звоню Вите.

– Как ты мне надоел, Тима, вместе со своей Ушаковой, – ноет в трубку мой старый друг. – Ладно, Лера твоя паникерша. Но ты же циник, Фей!

– Смеешься, что ли? – огрызаюсь я. – Разговор идет о моих дочках…

– Ну, куда от тебя деваться? – вздыхает Торганов.

– Я для тебя заманил Щербинину обратно в роддом, – безучастно напоминаю я.