— Почему тогда со мной никто не выходил на связь?!

— А этого я не обещал. Никакой психологической помощи в уговоре не было, — Чертов усмехается. — И заканчивай повышать голос.

Он подходит к нему ближе. Надвигается.

— Ты сам разорвал нашу сделку.

— Значит пора заключать новую, — огрызается Лавров. — Я не какая-то шестерка, я крутился в твоих делах и знаю все твои грязные делишки, Капо. Ты легализовал всё, что смог, но есть грехи, которые невозможно подчистить.

— Ты угрожаешь мне?

— Нет, я смотрю на Татьяну, — и он бросает взгляд на меня. — Она ждет ребенка от тебя, я так понимаю. Решил так усмирить Самсонова? Заделать ему внука? Черт, а я не додумался!

Я поднимаюсь с места, понимая, что удар неизбежен.

— Саша! — выкрикиваю, но бесполезно.

Противный звук проходит по комнате. Тяжелый кулак Чертова обрушивается на челюсть, он размахивается и бьет снова, не сдерживая животную мощь и не думая о последствиях. Я оказываюсь рядом, но не решаюсь ловить его руку, все равно не удержу. Я лишь дотрагиваюсь до его плеча.

— Хватит, я прошу тебя, — говорю сбивчиво. — Ты изувечишь его! Капо!

Это отрезвляет его.

Чертов останавливается, держа Лаврова за плечо на вытянутой руке, и оборачивается ко мне. Мажет по мне пылающим взглядом, а потом замечает охранников, которые появились в дверном проеме.

Он приходит в себя и толкает Лаврова, отпуская. Тот заваливается на бильярдный стол и со стоном дотрагивается до разбитого лица.

— Я не смог это слушать, — произносит Саша вполголоса.

— Я понимаю, — я встаю на носочки и целую его в щеку, провожу пальцами по его лицу, стирая эхо хищного оскала, который исказил родные черты, пока он наносил удары. — Понимаю…

Саша поворачивается к Лаврову. Я рефлекторно сжимаю его локоть, словно всё еще жду от него агрессии. Он не вырывается и, кажется, что ему становится легче от моего прикосновения.

Как точка опоры.

Я чувствую, что помогаю ему.

— Хватит, Лавров, — кидает он, смотря, как тот раз за разом пытается выпрямиться. — Чего ты добиваешься? Чтобы я пристрелил тебя как собаку?

— Это дорого тебе обойдется…

— А я рисковый. Ты меня знаешь, — в голосе появляются угрожающие интонации, которые больше всего пугают своей расслабленностью. — Я приехал к тебе поговорить, только потому что она попросила.

Саша делает последний шаг и хватает Лаврова за плечи. Тот закрывается, пряча лицо за ладонями, но Чертов лишь помогает ему сесть на стол. Он грубовато поправляет его костюм, а потом похлопывает по плечу, как старший брат.

— Думай, что несешь, — приказывает Чертов. — Ты же юрист, должен знать цену словам.

Лавров хрипит. Он откашливается, стараясь нащупать голос, а на лице написана злоба. Она душит его, но поделать он ничего не может. Он смотрит на Чертова снизу вверх и только спустя минуту открывает рот.