Нет, Чертов, я на сто процентов уверена, что ты сможешь защитить. Я это знаю, вижу в тебе… Дело в другом, я пытаюсь понять, что за жизнь это будет.

С его губ слетает рык. Он едва сдерживается, чтобы не выругаться от души.

— Отпусти себя, малышка. Хватит, — он накрывает большим пальцем мои губы, чтобы я не прерывала его. — Я знаю, ты научилась полагаться только на себя, ты выросла в детдоме и тебя много раз предавали, я тоже постарался на славу. Но сейчас о тебе есть кому позаботиться. Тебе не нужно думать обо всем сразу, оставь хоть что-то мне.

В его словах есть правда. Я обдумываю их, отворачиваясь в сторону. Тут на глаза попадаются экраны телевизоров. Они висят на дальней стене, причем показывают разные каналы. На одном крутят музыкальный клип без звука, а на втором, также без звука, мелькает напряженная нарезка новостного блока.

— Саша…

Шок прорезает насквозь.

Я дергаюсь, как от мелькнувшей тени в фильме ужасов. Я смотрю на Лаврова, которого показывают в новостях, и раз за разом, как в бреду, читаю бегущую строку.

“Скандальный адвокат воскрес и просит защиты!”

Глава 36

Чертов

Артем приносит воду и сок, но не решается трогать Таню, которая слепо смотрит в сторону окна."

"— Поставь на стол, — говорю ему тихо. — И побудь с ней.

В соседней комнате уже маячит человек из моего офиса. Я выхожу к нему, прикрывая за собой дверь. Я взял его и Артема с собой в Волгоград, как чувствовал, что одной охраны будет мало. Мозги тоже понадобятся.

— Ситуация неприятная, но пока ничего критичного, — начинает помощник. — Лавров заявляет прессе, что не знает, кто был в его вертолете. Когда тот разбился, он решил, что это было покушение на его жизнь, поэтому он запаниковал и покинул страну.

— Он намекает, кто мог устроить покушение на него?

— Очень обтекаемо, он дал уже пять интервью и в каждом говорит одно и то же. Но вы в первом ряду подозреваемых. Лавров вел ваши дела и дела ваших людей, он знал слишком многое…

— Вот и мотив, — усмехаюсь.

— Да, — помощник кивает без улыбки, ему не до смеха. — Лавров будет разыгрывать эту карту.

Я вспоминаю, как он звонил мне в панике из Никосии. Именно тогда Таня узнала, что он цел и невредим, а я отказался ему помогать. Ему и не нужна была моя помощь. Охрана, которую я приставил к нему, рапортовала, что никакой опасности не существует, чужаков не замечено и нет данных, что Самсонов или кто-то другой вышел на его след. Лавров банально оказался трусом и испугался собственной тени. Он параноил на пустом месте. А я решил, что пусть мучается. Пусть трясется из-за каждого шороха, боясь проводить в одном номере больше, чем одну ночь. Чем не месть? И руки пачкать не нужно.

Но подонок нашел способ достать меня.

Умный изворотливый Лавров.