В животе щекотка. Чертова щекотка.

— Нет… — говорю я тихо, глядя в его глаза.

— Полина…

— Мои планы — это мое личное пространство. Я тебя в него не пускала. А ты вломился.

Он сводит густые черные брови. Направляет в меня требовательный взгляд, говоря: — Я уважаю твое личное пространство. Я же сказал «пожалуйста».

— И много раз тебе это помогало?

— Я не так часто этим словом пользуюсь.

— Я так и думала.

— Мне повторить?

— Это не поможет.

— А что поможет?

Я смотрю на него, все еще находясь под властью мандража, который он организовал в моей крови на пустом месте. Этой стычкой минуту назад! Еще тем, как Расул изменился с тех пор, когда я встретила его впервые. В нем полно уверенности. Уверенности в себе. Она и раньше была, но не такая неприкрытая. А теперь, продвинувшись на шаг вперед, он будто осваивается на этой территории и ни кусочка ее не уступит.

Я дергаюсь, потому что улицу заполняет оглушительный рев мотора.

Повернув голову, вижу, как мигают фары «Мерседеса». Матвей внутри и сигналит мне. Требует, чтобы я села в машину.

Снова чертов мандраж. Я смотрю на Расула.

Он тоже возвращает на меня взгляд.

Время такое осязаемое, что секунды у меня в голове тикают по-настоящему. Тикают в такт ударам сердца, пока периферию зрения терзает свет мигающих фар.

Глава 43

Полина

Я не двигаюсь с места достаточно долго, чтобы услышать, как вой мотора синхронизируется с шуршанием шин.

Машина Матвея срывается с места и проносится по дороге, оставляя после себя столб дыма в воздухе.

Собственный выбор эхом гуляет в моей голове, и внезапно я начинаю злиться от того, что мне вообще пришлось делать этот выбор. Вот так, против моей воли и ни с того ни с сего. И, как бы то ни было, я чувствую угрызения совести перед Матвеем за случившееся, из-за этого между бровей у меня наверняка складка.

Виновник торжества гипнотизирует меня своим молчаливым взглядом.

Мы смотрим друг другу в глаза, растягивая эту минуту до бесконечности. Смотрим, не реагируя на пронесшуюся мимо машину. До тех пор, пока единственным звуком вокруг нас не становится шелест пошедшего мелкого снега.

Наверное, мысли написаны у меня на лице, ведь Расул Алиев предпочитает никак не комментировать ситуацию, а лишь спрыгивает с тротуара на проезжую часть и пригласительным жестом указывает на припаркованную с другой стороны дороги машину.

— Нам туда, — комментирует он.

Это черный джип «БМВ».

Я не видела у него этой машины раньше, обычно он пользовался машиной Дениса или его отца. А эта… эту я вижу впервые.

Метнув на него взгляд, не позволяю себе задавать вопросы.

Сегодня Расул повел себя бесцеремонно, но я вряд ли услышу извинения. И каждый раз, когда на него смотрю, вижу, что он и не раскаивается, чтобы их приносить.