"

"Поскольку это было не одно из дел Вулфа, в котором могли пострадать интересы клиента, и поскольку именно Лили по моей просьбе опекала Сью, я рассказал ей все без утайки. Лили отреагировала на мой рассказ следующим образом: а) обвинять Сью не стоит, напротив, я должен чувствовать себя польщенным; б) я обязан каким-то образом вызволить Сью из передряги, не выдав славного парня, избавившего мир от такого мерзавца, как Кеннет Фабер; в) если уж мне придется изобличить и выдать полиции настоящего убийцу, то она будет молиться, чтобы им оказался не Карл Хейдт, ибо во всем Нью-Йорке больше некому шить для нее модные платья, не говоря уже о костюмах.

Лили также сообщила, что посланный ею к Сью адвокат Бернард Росс уже успел повидаться с девушкой и около часа назад позвонил, известив, что Сью арестована без права освобождения под залог, но к утру он выработает план действий.

Такси доставило меня к нашему старому особняку из бурого песчаника на Западной Тридцать пятой улице в начале второго. Войдя в кабинет и включив свет, я обнаружил на своем письменном столе сюрприз – под пресс-папье лежала записка, начертанная рукой самого Вулфа:

АГ, утром Сол заберет машину, возможно, на весь день.

Своим автомобилем он воспользоваться пока не может.

Тогда я прошел к сейфу, набрал код, открыл дверцу и извлек расходную тетрадь, потом нашел нужную страницу и убедился, что наш бюджет похудел на сто долларов.

Я вернул тетрадь на место, закрыл дверцу сейфа, установил код на замке, сел на стул и призадумался. Итак, Вулф вызвал Сола и поручил некое задание, для выполнения которого ему потребовалась наша машина. Я бы дорого отдал, чтобы узнать, что затеял Вулф. Может, он отправил Сола в округ Патнам за кукурузой, которую мы заказали на пятницу? Но зачем тогда отдавать сто баксов на расходы?

Вдобавок если дело мы ведем совместно с Вулфом, то почему он не известил меня о своих планах или не соизволил хотя бы посоветоваться? Впрочем, когда я поднялся в свою комнату и начал готовиться ко сну, все обиды и сомнения меня оставили и только любопытство распирало: что все-таки затеял Вулф и куда он послал Сола на нашей машине?

Согласно многолетней традиции Вулф завтракает в своей комнате, куда Фриц приносит еду на подносе, поэтому встречаемся мы, как правило, лишь в одиннадцать, когда Вулф спускается в кабинет из оранжереи.

При наличии срочных дел он вызывает меня наверх через Фрица, а в тех случаях, когда дела несрочные, сам звонит мне по внутреннему телефону.

Утром в пятницу и Фриц, и телефон хранили молчание, поэтому я неспешно позавтракал, убедился, что в газетах по поводу расследования «Кукурузного убийства», как его назвали в «Газетт», нет ничего нового, а потом прошел в кабинет и принялся просматривать почту.