Андрея арестовали.

– Как? – вскрикиваю негромко. И сама себе затыкаю рот.

Дамирка спит! А я тут разоралась…

– За что? – испуганно переспрашиваю Руслана.

– Понятия не имею, Люб. Но завтра наведу справки. Одно знаю точно, тебе сейчас даже носа нельзя высовывать из Мироновки. А охрану я удвою на всякий случай.

– Но на фирме никого нет. Тимур уехал. Отца посадили. Альбина небось бьется в истерике.

– Я тебя умоляю, – отмахивается от меня Руслан. Смотрит рассеянно. – Тетя Бина – железобетонная женщина. Когда хоронили Сэма, слезинки не проронила на людях. Как бы ни было трудно, она держалась.

И сейчас все вывезет. Это старый надежный локомотив, Люба. Надо будет, я помогу.

Киваю, сглатывая слезы.

– Мне, наверное, нужно вернуться в офис…

– Нет. Сейчас ты самое слабое звено. Если кто-то захочет достать Тимура, то только через тебя. Подумай о ребенке. Ему сейчас твоя безопасность важнее, чем эфемерная помощь Альбине. Она сама отмахается.

– Ты прав, – всхлипываю я и тут же слышу над головой возмущенный возглас.

– Руслан! Что ты ей сказал? – восклицает недовольно Света. – У меня и так из подруг только Люба.

Еще и она сбежит.

– Все в порядке, – растирая слезы, улыбаюсь через силу. – В нашем королевстве какие-то странные вещи происходят. Тимур не отвечает, отца арестовали.

– Тим вернется и все порешает, – успокаивает меня Руслан. А Света молча садится рядом и, обняв меня сзади, кладет голову на плечо.

– Бедная моя девочка. Я не дам тебя в обиду.

– Мне неудобно стеснять вас, – привожу я глупый довод. Во дворце Годарова можно потеряться, и никто тебя не найдет.

Руслан со Светой смеются.

– У нас полно комнат для гостей. Все пустуют. Можешь занять любую.

– На третьем этаже есть одна с видом на реку. Самая лучшая. Тебе понравится, – решает за меня Света. – Там такой вид из окна. Все твои проблемы излечит.

Всю ночь я ворочаюсь без сна. Все пытаюсь понять, что происходит. Зачем Харбинский стащил у меня со стола бриллиант, а потом подложил? Куда делся мой Манучаров? И почему арестовали отца?

В «Алмаз» он пришел в год гибели руководства. Но долгое время был рядовым сотрудником, пока вместе с потрохами его не сожрала Круэлла. Много вопросов, вот только ответов нет.

Рано утром, укутавшись в одеяло, выхожу на балкон.

В предрассветных сумерках смотрю на поднимающееся над рекой солнце, на светлеющие в золотом мареве берега. И повинуясь безотчетному порыву, поднимаю лицо к серо-розовому небу. Прошу, четко выговаривая каждое слово.

– Господи, помоги моему любимому! Пусть у Тимура все получится! Пусть он вернется ко мне целым и невредимым!

Минутку-другую вслушиваюсь в тишину, будто жду ответа. И заслышав в камышах крик какой-то птицы, возвращаюсь в постель, сворачиваюсь калачиком и засыпаю.