Он негромко прокашлялся, чтобы скрыть свое смущение, и склонился над буфетом. Портвейна не было.

— Что ж, полагаю, бренди тоже подойдет.

— Надеюсь, ты не очень расстроился. Он сурово посмотрел на нее.

— Я не настолько увлечен спиртными напитками, чтобы расстраиваться из-за бокала портвейна.

— Конечно, нет, — поспешила сказать Генри, — я вовсе не это имела в виду. Хотя…

— Хотя что? — потребовал Данфорд. Состояние постоянного возбуждения делало его очень вспыльчивым.

— Хотя именно тем, кто увлекается спиртными напитками, все равно, что пить, — сказала она задумчиво.

Он лишь вздохнул в ответ.

Генри подошла к дивану и присела на него. Теперь она чувствовала себя лучше, чем за ужином. Тишина была невыносимой. Стоило ему снова заговорить, ей сразу стало легче. Теперь они были на своей территории — смеялись и безжалостно подшучивали друг над другом. Она почувствовала, как вновь обретает уверенность в себе.

Данфорд разлил бренди и протянул ей бокал.

— Генри… — Он прокашлялся и продолжил: — Что касается сегодняшнего утра…

Она так сильно сжала в руке бокал, что он чуть не треснул. С большим трудом ей наконец удалось произнести:

— Да?

Данфорд прокашлялся.

— Мне не следовало так поступать. Я… я поступил дурно и прошу прощения.

— Не думай об этом, — сказала она как можно беззаботнее, — я уже забыла.

Он нахмурился. Конечно, он виноват и чувствует себя подлецом, однако ему было очень обидно, что она так легко решила забыть обо всем.

— Ну и хорошо. — Он снова прокашлялся. — И покончим с этим.

— У тебя болит горло? У Симпи есть чудесное домашнее средство. Думаю, она…

— С моим горлом все нормально. Просто мне несколько… — он не мог найти подходящего слова, — несколько не по себе.

Она улыбнулась. Насколько приятнее было бы поговорить с ним просто так, чем выслушивать рассуждения о том, как он разочарован их поцелуем. А может быть, он был разочарован тем, что она не пошла у него на поводу? Генри нахмурилась. Не думает же он, что… Она даже не смогла закончить мысль и взволнованно посмотрела на него.

— Да, ты прав. Лучше все забыть. Мне вовсе не хотелось бы, чтобы ты думал, что я… что я отношусь к тем женщинам, которые…

— Я не думаю ничего подобного, — отрезал он.

Из ее груди вырвался вздох облегчения:

— Вот и хорошо. Не знаю, что это нашло на меня.

Данфорд отлично понимал, что вина за происшедшее целиком лежала на нем.

— Генри, не беспокойся…

— Нет, я беспокоюсь. Понимаешь, я не хочу, чтобы наша дружба разрушилась. Мы ведь друзья, не так ли?

— Конечно. — Он даже немного обиделся.

— Я понимаю, это может показаться нескромным, но я не хочу тебя терять. Дело в том, что… — она вымученно улыбнулась, — дело в том, что ты, пожалуй, единственный мой друг, кроме Симпи.