Командир взвода. Тицианов.

— Кто я — ты знаешь?

— Знаю. Сегодня только рассматривал ориентировку на твой розыск.

— С собой этой бумажки нет?

— Нет.

— Жалко. А то мне интересно было бы посмотреть.

Он явно не рвался к конкретному разговору, тянул время. Я это ощутил отчетливо. Значит, я оказался прав, предупреждая Скворечню относительно того парня, что сидел в стороне от светового овала.

И тут же, в подтверждение моих слов, сверху стал спускаться сам младший сержант Скворечня. Спустился и направился к выходу.

— Куда? — спросил я.

— В туалет.

Меня такой ответ не смутил, хотя в туалет обычно с автоматом не ходят.

Значит, мне стоило поддержать игру Рифатова и тоже потянуть время.

— Фотография твоя на ориентировке старая. Там ты помоложе и посимпатичнее. Хотя я почему-то думал, что ты рыжий. Но на черно-белой фотографии это разобрать трудно.

— В нашем роду рыжих никогда не было. Хотя рыжими дагестанцы тоже бывают.

— Но профессия-то у тебя гражданская такая — рыжий…

Такый злобно, с обидой фыркнул:

— Моя профессия — артист цирка. А амплуа мое называется — коверный. Иногда коверных зовут рыжими, потому что некоторые любят рыжие парики, но я никогда парики не носил.

Я и без того народ смешил. Я был хорошим клоуном.

Это он явно загибал, рассчитывая на незнающего человека. Но ориентировка на него была подробной, и я знал про Рифатова многое.

— Если ты был хорошим клоуном, тогда почему тебя выгнали с работы? Хороших не выгоняют. За хороших держатся двумя руками. Вот я — хороший офицер. Меня никто выгнать из армии не надумает. За меня держатся.

— Меня конкуренты сожрали. Завистники. Обычное дело…

Он откровенно врал, и сам, похоже, верил в то, что говорил.

Есть такая категория людей, что выдумывают себе легенды и настолько погружаются в выдуманный мир, что верят в свои выдумки твердо и свято. Но я-то знал, что клоуном он был никудышным, и вся его клоунада строилась на том, чтобы сказать несколько расхожих фраз с сильно утрированным акцентом. Но и эти фразы он не придумывал, а заимствовал из каких-то популярных фильмов. Потому фразы и считались расхожими и узнаваемыми. Кто-то над этим смеялся, но большинство — нет. Однако выгнали Рифатова не за бездарность, а за систематическое пьянство. Выгнали после того, как он отработал первое отделение, а в антракте решил поправить здоровье. Поправил, и его уже не смогли поднять на второе отделение. А второго клоуна в труппе не было.

— А я слышал, тебя погнали за пьянку.

— За это меня выгнать не могли, — вяло возразил эмир. — Я пил только хорошие коньяки, с которых не сильно пьянеешь. И голова после коньяка ясная. Эх, сейчас бы…

Кажется, он сглотнул слюни.

— Могу коньячком угостить, — сказал я, вспомнив про флягу комбата.