– Не понимаю, что вы имеете в виду.

– Лев Михайлович, именно в понедельник вы разрешили Жильцовой позвонить с вашего телефона – припоминаете?

Он растерянно посмотрел на Лену:

– Откуда?.. Кто вам сказал?

– Дарья Жильцова. Она звонила мне.

– Вам?

– Я думаю, что вы не в курсе событий, предшествовавших попытке суицида Дарьи?

– Я знаю только, что ее бросил муж, которого она любила… Солька рассказала.

– А о том, что ее муж обвинен в убийстве и получил семь лет в колонии, она вам не рассказала?

По выражению лица бородатого доктора она поняла, что тот услышал об этом только что.

– Так вот, муж Дарьи находился под следствием, недавно был осужден, и это в том числе могло подтолкнуть ее к самоубийству. Она воспользовалась вашим телефоном, чтобы позвонить мне, поскольку я вела дело ее супруга. Именно поэтому я сегодня здесь. Мы собирались обсудить факты, о которых она не успела или не захотела рассказать раньше. Причин убегать отсюда после того, как встреча была уже назначена, у нее не было. Она должна была дождаться меня. Что же произошло? Что заставило ее изменить решение?

– Не знаю, честное слово. Ума не приложу.

– Допустим. Она звонила из вашего кабинета?

– Да. Я из деликатности вышел, чтобы не смущать ее.

– Что было потом?

– Она вернула телефон, поблагодарила и ушла.

– И все?

– Да.

Но в его глазах Лена снова заметила испуг, и это ее насторожило:

– Лев Михайлович, я ведь с вами беседую совершенно доброжелательно и хочу помочь избежать обвинений. Вас ведь и лицензии могут лишить, подумайте об этом."

"– Я вам клянусь! Она вышла, вернула телефон, я зашел в кабинет и закрыл дверь. Куда она пошла потом, я не знаю. Скорее всего, к себе в комнату.

– До конца дня ее кто-то видел?

– Этого я не знаю.

– Выходит, она могла исчезнуть и в понедельник вечером?

– Не знаю. Нужно посмотреть ее карту. Не знаю, были ли у нее какие-то таблетки на ночь. Скорее всего, были, снотворное уж точно.

– Вызовите врача, который вел Жильцову.

Лев Михайлович с неожиданной для его комплекции и состояния резвостью кинулся к внутреннему телефону и набрал три цифры:

– Мария Дмитриевна, зайдите ко мне в кабинет с картой Жильцовой. Да-да, вы правильно поняли. Только сейчас же, пожалуйста.

Отдав распоряжение, он снова вернулся на диван, тяжело дыша, как после забега:

– Сейчас она спустится. Ординаторская на втором этаже.

Через пару минут в кабинет вошла молодая женщина в белом халате, неся в руках голубую папку:

– Вот, Лев Михайлович. Я думала, мы выписку оформляем.

– Присаживайтесь, – не дав главврачу ответить, сказала Лена. – Я старший следователь прокуратуры Крошина Елена Денисовна. У меня к вам несколько вопросов.

Женщина растерянно посмотрела на Льва Михайловича:

– Я не понимаю…

– Я объясню.