Мне нужен лист назначений Жильцовой и распорядок приема лекарств.

Присев на диван, Мария Дмитриевна слегка дрожащим голосом зачитала названия препаратов, попутно объясняя, с какой целью они были назначены и в какое время выдавались Дарье.

– Последний прием лекарств у Жильцовой приходился на десять вечера? – уточнила Лена, быстро записывая в ежедневнике.

– Да, это легкое снотворное. Но дежурные сестры сказали, что пациентка в течение нескольких дней отказывалась от их приема, мотивируя это тем, что хорошо засыпает и без снотворного. Мы не препятствуем этому, если видим, что состояние нормализуется. Я просто не успела отменить…

– Значит, в понедельник в комнату Жильцовой вечером никто не заходил?

– Нет, сестры делают пометки у себя в постовом журнале, когда пациент отказывается от снотворного, и не разносят его, чтобы не беспокоить.

– Понятно, спасибо, Мария Дмитриевна, вы пока свободны.

– Пока? – с испугом переспросила врач.

– Да, пока. Позже мы еще побеседуем о том, почему вы собирались оформить выписку пациентке, пропавшей из вашего заведения. Сейчас же можете продолжать заниматься своими обязанностями. Я вас больше не задерживаю.

Врач поднялась и быстро вышла из кабинета, а Лена, проводив ее взглядом, обратилась к Льву Михайловичу:

– Вы собирались скрыть факт исчезновения, оформив выписку задним числом? Замечательная идея.

– Поймите меня правильно…

– Нет, простите. Мне кажется, что вашему лечебному учреждению не помешает основательная проверка со стороны Минздрава, пока им не заинтересовалась всерьез прокуратура. Вы нарушаете установленные правила госпитализации и выписки, вы пытались скрыть факт исчезновения пациентки – и теперь просите меня понять ваше желание подделать документы? – Лена покачала головой.

Лев Михайлович совсем сник.

– Давайте продолжим. В понедельник больше ничего странного не происходило?

– Я бы знал.

– Про последующие дни спрашивать, как я понимаю, тоже нет большого смысла? Тогда садитесь и подробно напишите все, о чем рассказали. Только постарайтесь ничего не искажать и не упустить. У меня хорошая память.

– Да-да, конечно…

Лена взялась за костыли и вышла в коридор, предупредив врача, чтобы никуда не отлучался без ее ведома. Набрав номер Паровозникова, она поинтересовалась:

– Ты где?

– Опергруппа подъехала, идем к тебе.

– Хорошо, я на крыльцо выйду, тут душно.

– Под костыли смотри, нам только тебя сейчас не хватало.

Лена убрала мобильный и, повернувшись, наткнулась на невысокую полную женщину лет пятидесяти в нежно-зеленом хирургическом костюме. От неожиданности Лена ойкнула и уронила костыль. Врач проворно нагнулась и подала его.

– Извините, не хотела вас напугать. Вы ведь следователь, да?

«Быстро здесь распространяются новости.