– Каких таблеток, когда?

– Что – «ну-ка»? Ему семь лет дали, он в зале суда на нее даже не взглянул, говорят. Так и ушел молча.

– И что? – не поняла Лена. – Из-за этого она пыталась с собой покончить? Чего только не скажет мужик, которому предстоит семь лет жизни в изоляции провести.

– Не в этом случае. Он ей ясно дал понять: никаких отношений больше не будет. Он отсидит, но к ней не вернется. С подругой ее я успел парой слов переброситься, с Ириной. Выходит, все-таки роман у Дарьи был и Жильцов все знал."

"– Все равно не понимаю. Мне не показалось, что он знал о каком-то романе, слишком уж натурально удивился, глядя на письма, – упорствовала Лена.

 – А если он ни при чем? Мы разбили семью и подвергли угрозе жизнь женщины.

– Ой, перестань, – отмахнулся Андрей. – Заседание состоялось, Жильцову дали семь лет. Отсидит – выйдет, а она пока поездит к нему в колонию, там, глядишь, он посговорчивее будет. Утрясется. Но за убийство-то отвечать нужно.

– Я не уверена, что это Жильцов.

– К счастью, от тебя теперь ничего не зависит. Зато начальство твое скакало от радости: в короткие сроки убийство раскрыли, суд состоялся.

– Ну вот-вот… им лишь бы дело закрыть и в суд спихнуть, а что там, как там…

– Зря ты так, Ленка. Мы нормально поработали, доказательная база – не подкопаешься. Жильцов виновен, получил свое, все, финита. Прекрати себя ненужными догадками мучить. Лучше скажи: чего тебе эскулапы пообещали? Как скоро на работу сможешь выйти?

Лена огорченно махнула рукой:

– Какая работа там… я даже по квартире с трудом передвигаюсь, не представляю даже, как буду управляться – ни в магазин, ни в аптеку, в доме же лифта нет, а по ступенькам я пока не рискну.

Андрей странно посмотрел на нее, и Лена мгновенно догадалась, о чем он собирается спросить, а потому предостерегающе продолжила:

– Очень прошу тебя: не начинай. Это не твое дело.

– Не мое – так не мое, – легко согласился он. – Хочешь, в магазин сгоняю, у тебя ведь недалеко супермаркет? Напиши что надо, я куплю, раз уж приехал.

Лена растерялась. Она понимала, что Андрей предлагает помощь по дружбе, безо всяких намеков, но опасалась, что Никита, приехав, к примеру, завтра, обнаружит в холодильнике продукты и поймет, откуда они.

А это непременно означает скандал, выяснение отношений, претензии и обиды. Заметив ее растерянность, Андрей невесело рассмеялся:

– Эх ты, начальница… я помочь хочу, а не твою личную жизнь под угрозу поставить. А если он завтра не придет? Я, кстати, тоже не смогу, дежурю. Так и будешь голодная сидеть?

И Лена сдалась, понимая, что Андрей прав: Никита может не прийти еще пару дней, и тогда она действительно вынуждена будет сидеть на голодном пайке или звонить матери, которая до сих пор не была в курсе произошедшего.