Но вот последним-то я как раз вчера и не озаботился.

Наскоро соорудив себе белковый завтрак из спортивного питания, я подхватываю ключи, накидываю куртку и иду к машине.

Внизу в подъезде горит свет, доносятся «металлические» звуки и сдавленная ругань. Какая-то тревожная догадка уже практически материализуется в моих еще толком не перезагрузившихся мозгах, и я спешу вниз. Навстречу мне решительно поднимается молоденькая девчонка в бесформенной толстовке. На голове капюшон, глаз не видно, в тусклом свете в глаза бросаются только четко очерченные, кажущиеся мягкими, губы. В руке она угрожающе держит железный ломик.

Мой вежливый «добрый вечер» почему-то застревает в горле. Я растерянно замедляюсь.

– Привет, сосед! Отсутствие козырька, снегопад… Подветренная сторона… И показательно подпертая в открытом состоянии дверь… Не натолкнули тебя ни на какую здравую мысль? Нет?

Моя тревога тут же обретает реальную форму. Тяжело вздохнув, я молча перехватываю из ее рук ломик и иду исправлять свой косяк.

Глава 2 – Соседка.

Остановившись перед железной дверью, я в замешательстве разглядываю ее, не понимая, как взяться за дело. Попытки воткнуть лом между косяком и дверью тщетные. Стальные листы соединены без зазора. Лом бесполезен. Рефлекторно я опираюсь плечом на дверь и пробую надавить.

С лестницы раздается тихий смешок.

– Что? – разворачиваюсь я.

Прямо-таки сочась сарказмом, она оценивающе оглядывает меня.

– Давай посчитаем? Там, за дверью, нас подпирает кубометра три спрессованного снега. Мокрого, околевшего за ночь, спрессованного снега. Возьмем по минимуму – каждый кубометр килограмм двести. А сколько весишь ты?

– «Вы», – начиная раздражаться, поправляю я. – Судя по доносившимся до меня звукам, ты и сама пыталась…

– «Вы»! – показательно поправляет меня она, задирая подбородок. – Приятного времяпрепровождения с дверью.

Глаза – пронзительные. Серые, миндалевидные, выразительные глазищи. Еще пару секунд сверлит меня взглядом, демонстративно разворачивается и с достоинством уходит вверх по лестнице. Под бесформенной длинной толстовкой угадываются точеная фигура, красивая осанка, пластика. Зависаю на тенях, играющих по ткани ее одежды, переливающихся в такт движениям. Красивая девочка… Жаль, что совершенно не мой типаж. Таких надо завоевывать, каждый день что-то доказывать. А мне в мои тридцать это уже неинтересно и, элементарно, лениво. Да и слишком молода. Ну сколько ей? Двадцать? Амбиции, романтика… Не хочу.

Вздрогнув, ловлю себя на том, что практически уговариваю себя не ввязываться ни в какие истории с ней. Нет, нет… Бред, конечно. Вообще не мой вариант.

Но ситуацию надо бы исправить. Подставил девчонку.

Поднявшись наверх, оставляю ломик рядом с ее дверью.