Аверин открыл передо мной переднюю дверцу своего модного авто и беспардонно резко втолкнул внутрь.

Потеряв равновесие, я полетела вперед. Не удержавшись, плюхнулась на переднее сидение, а мерзавец босс тут же звонко хлопнул дверцей, давая понять, что моя песенка на сегодняшний вечер спета.

Я с отчаянием смотрела в сторону ярких огней «Каравеллы». Потянулась к дверце в надежде выбраться из машины, но Аверин в один миг оказался на водительском месте и легким движением руки заблокировал двери на замок."

"— Вы решили меня похитить? — нахмурилась я.

— Что-то типа того, — уверенно кивнул он.

— А вы знаете, сколько лет дают у нас в стране за похищение человека?

— Нисколько, если все происходит по обоюдному согласию.

— У нас с вами не может быть никакого согласия.

— До тех пор, пока вы носите на шее дурацкий шарфик и рассматриваете коричневые помады, точно не может, — с легкостью согласился Аверин. — Но мы исправим ситуацию, Тая.

— Что значит, исправим? — насторожилась я.

— Расскажу по дороге, — сверкнув в мою сторону уверенной улыбкой, повернул ключ в зажигании босс.

Спустя несколько мгновений его роскошный автомобиль класса «люкс» сорвался с места и полетел по полупустынным воскресным улицам, унося меня все дальше от уютной «Каравеллы», вкусных коктейлей и теплой компании подруг.

…

Аверин плавно вел машину, изредка бросая на меня оценивающие взгляды. Видимо, он что-то задумал — какой-то очередной бизнес-проект с моим участием — и теперь размышлял над деталями.

Я чувствовала себя жутко неуютно в его роскошной машине. Бравада, с которой я отстаивала свой фиалковый шарфик в магазине, таяла со скоростью прошлогоднего снега.

Я и мой босс — люди из разных сословий. Аверин — процветающий бизнесмен из очень состоятельной семьи, а я — рабочая лошадка Тая, которая пашет днем, берет проекты домой на вечер и едва сводит концы с концами. В этом режиме я живу уже полтора года, с тех пор, как мой сводный брат Демьян уговорил меня взять в банке слишком неподъемную сумму денег под залог бабушкиного дома — единственной недвижимости, которой владела моя пожилая родственница. Демьян наобещал с три короба, а потом ограбил нас с бабушкой и растворился в закате. Он украл бабушкины драгоценности и старые иконы, которые передавались в нашей семье из поколения в поколение.

Мы остались один на один со злобными коллекторами, которым было плевать с самой высокой колокольни на то, что нас обворовали. Наша благородная дворянская родословная, которой бабушка очень гордилась, никак не помогла покрыть долг. Позволить себе новый шарфик из осенне-зимней коллекции я просто не могла, а признаться в этом Аверину — тем более.

— Тая, через час в город прилетит мой отец. Он будет у нас проездом.