Пользуется тем, что оно оформлено на него, как на родителя.

— Хорошо, — говорю уже спокойнее и для надёжности скрещиваю на груди руки. — Женился так женился. Совет вам да любовь. Может, тогда переедете жить к ней?

Отец вздыхает:

— У нее однушка с дочками от прежнего брака. В хрущевке. Тесно там. Дочки, кстати, твоего возраста. Здорово, да?

Да просто зашибись как «здорово»!

— Извини, что не пляшу от радости. Может, как-нибудь попозже. Когда пойму, что в нашем доме хоть кто-то, кроме меня, деньги на жизнь зарабатывает.

— Катюха… доча, — расстроенно горбится отец, — как-нибудь проживем ведь. Ну не грузи меня, а? После смерти твоей матери я сам не свой был, словно дышать не мог. А тут Альбиночка. Каждому мужчине нужна рядом заботливая женская душа, ты пойми…

Я смотрю на него со смесью разочарования и жалости. Вижу, что он не собирается ничего менять в своей жизни. По своей собственной воле тонет в болоте пьянства и паразитического существования.

Эх, папа, папа… Бедный художник, несчастный слабовольный человек и просто гений самообмана.

Приваливаюсь спиной к стене, чувствуя острую необходимость в какой-то опоре. Хотя бы в неодушевленной, за неимением лучшего."

"— Ладно, пап. Просто скажи Альбине, пусть устроится на работу. Ты тоже меня пойми — я не могу и не обязана пахать за всех. И это не пустые слова. Если в течение месяца кто-то из вас не устроится на работу, я сниму себе отдельное жилье и заберу Настю с собой. Даже если ради этого мне придется голодать. Все одно экономия выйдет — не нужно будет вас двоих содержать. И не забудь намекнуть своей новой супруге, чтобы не вздумала нас с Настей «воспитывать». Мы в этом не нуждаемся.

Проговаривая свои мысли вслух, я удивительным образом начинаю чувствовать нарастающую внутреннюю силу решимости. И облегчения.

Отец открывает рот — наверное, чтобы возразить, — но встречается со мной взглядом и закрывает его, так ничего и не сказав.

Я разворачиваюсь и ухожу в спальню.

Глава 2. Понедельник день тяжёлый

Хмурое утро понедельника. Выспаться опять не удалось.

Встаю, как сонамбула, и на автомате совершаю все утренние дела: умываюсь, чищу зубы, готовлю завтрак. Потом иду будить сестрёнку, чтобы отвести ее в садик перед работой.

С работой мне, кстати, повезло. Я работаю в самом пафосном ресторанном комплексе нашего города официанткой. А платят там куда больше, чем в других заведениях. И находится он недалеко от нашего дома, пешком можно дойти.

Почти сразу после окончания школы вместо поступления в университет мне пришлось искать подработку, чтобы хоть как-то улучшить нашу с Настей жизнь. Надеяться на отца было бесполезно, с другими родственниками мы не общались, а службу опеки я боялась, как огня.