Ни в одном из окрестных домов не горел свет. Дачи были старые, многие из них доживали свой век без присмотра.

Нужное строение находилось через два участка. Ограду из штакетника украшал вьющийся дикий виноград. Он еще не мог похвастаться пышностью – листья только раскрывались.

– Присядь-ка, – прошептал Алесей. Он даже не заметил, как перешел на «ты». Девушка присела. Лунный свет отражался в ее больших глазах. Ночь была безветренной, небо – ясным. Тучи встали над городом, здесь их не было. Прохлада еще не беспокоила.

Алексей развел руками ветки вьюна, пристроился на корточки.

Ограду из штакетника, видимо, для того и придумали – чтобы воры не ломали себе голову. Штакетины с гвоздями выдирались без сопротивления, только последняя отчего-то решила поскрипеть. Алексей застыл, потом отвел деревянные планки в горизонтальное положение.

– Садись здесь и слушай сюда, – прошептал он. – Я лезу первым, ты за мной, не шумишь, не охаешь, вперед не забегаешь. Как окажемся на той стороне, пристройся под деревом и не отсвечивай… Что молчишь?

– Ничего. Даю тебе сделать себе мнение…

Он перебрался через забор, перебежал к дому.

На участке было тихо. Где-то далеко забрехала собака. В заброшенном хозяйстве Павлинского живность, похоже, отсутствовала. «И зачем мы сюда приехали?» – мелькнула невеселая мысль.

Участок был небольшой, весь зарос бурьяном, выделялась только дорожка к калитке, мощенная плиткой. Покрытие вздулось от времени и вылезших из земли корней. Все остальное пространство заросло сорняками, виднелось несколько кустов и одиноких деревьев.

Из полумрака проступали контуры строения. Домик был щуплый, дощатый, высотой в один этаж, не считая сплющенного чердака.

Справа от крыльца – качели, беседка, много лет назад здесь, возможно, было уютно – скромность украшала хозяев.

У крыльца Алексей махнул рукой и присел. От дерева отделилась тень, быстро подбежала и превратилась в девушку.

– Алексей, в доме никого…

– И я придерживаюсь того же мнения. Но нужно убедиться.

– То есть мы, сотрудники правоохранительных органов, собираемся взломать чужое жилище?

– Да. Представь, что мы воры.

– Уже представила. Эх, доля воровская…

Он поднялся на крыльцо, задыхаясь от беззвучного смеха, снова присел, обнажил ствол.

Доски под ногами угрожающе прогибались. Алина сопела в затылок. Он устал на нее отвлекаться, так можно и до греха довести! Несколько минут они провели в молчании, слушали. Алексей включил фонарь, осветил пространство под ногами. Доски были с гнильцой, в них въелась грязь. Навес над крыльцом отсутствовал.

Он потянул на себя дверь – хотел убедиться, что заперто. Она протяжно скрипнула и открылась! Кожа покрылась мурашками.