И не сдержался: – Ну, что мне еще сделать, Алина? На колени встать?

Скрипнула дверь, в кабинет вошел нахмуренный капитан Баландин."

"– Алина, есть новые данные по делу Гарика Перекопского. Урка, которого вчера взяли на бану, божится, что видел Гарика в Одессе, хотя по всем приметам тот должен находиться в Феодосии… – Капитан осекся, обнаружив, что Алина не одна, в глазах мелькнула растерянность. – Это снова вы, товарищ майор? Здравия желаю. Какими судьбами в нашей скромной обители?

– Дела, капитан, – вздохнул Лавров. – Вы не будете возражать, если мы закончим с товарищем старшим лейтенантом? Без обид, разумеется.

– Какие тут обиды… – Капитан поскучнел. То, что происходило между этими двумя сотрудниками, стало ясно как божий день. Капитан Баландин был не прочь выйти с коллегой за рамки служебных отношений. Алину Муханшину же эта тема не интересовала, но портить отношения с капитаном она не хотела.

– Хорошо, я зайду попозже. – Баландин вздохнул и двинулся обратно.

– Саша, извини, у товарища несколько вопросов по убийству Павлинского, – бросила ему вслед Алина.

– Что со вчерашним патрулем, капитан? – вспомнил Алексей.

Тот остановился, сделал какой-то неопределенный жест:

– Формальности соблюдены, тела осмотрены, медэксперт сделал заключение, все запротоколировано. Вопрос, кто их убил, думаю, не стоит. Публика мутная. Документов при них не нашли. Обмундирование – словно вчера с фабрики. Лица незнакомые – никто из присутствующих не смог их опознать. Это довольно странно, товарищ майор. Утром отправили запросы в соседние регионы, но ответ придет не скоро. Полагаете, это пришельцы… с другой стороны?

– Я ничего не полагаю.

– Подготовка у них хромала, – заметил Баландин. – Ничего личного, товарищ майор, но это чудо, что вам удалось отбиться и отправить их кормить земляных червей.

– Сам до сих пор психую, – улыбнулся Алексей. – Хорошо, спасибо, можете идти.

– Ну, и что это было? – спросила Алина, когда за Баландиным закрылась дверь. – Об этом происшествии мне неизвестно.

– Да и ладно, – отмахнулся Лавров. – Все хорошо, что хорошо кончается. Когда-нибудь расскажу.

– Я согласна с вами работать, товарищ майор.

– Попробуйте, товарищ старший лейтенант.

– Поменьше тайн, хорошо? Трудно работать, когда не понимаешь, что происходит.

– Только в рамках дозволенного, не обижайтесь. Не я придумываю степени секретности и определяю круг посвященных. Кстати, про Павлинского вы заметили верно. Думаю, именно этот убиенный гражданин станет отправной точкой нашего расследования.

Несколько минут он сдержанно рассказывал, проясняя некоторые моменты. Девушка была права: трудно работать в полном тумане.