Гучков махнул стопку горькой, заел медвежатиной и продолжил:

– Первую скрипку играл Василий Иосифович Гурко, сын генерал-фельдмаршала. Мы познакомились с ним еще на англо-бурской войне, где он был военным агентом России при бурах. После другой войны, Русско-японской, Василию Иосифовичу поручили возглавить Военно-историческую комиссию по описанию той несчастной кампании. Гурко привлек туда много толковых молодых офицеров, их-то и прозвали в шутку «младотурками». Хорошее было время… Мы откровенно обменивались взглядами на политическое устройство. Вы даже не подозреваете, сколько военных разделяют мои идеи. Это вселяет надежду. Когда начнется, они удержат армию от стрельбы в собственный народ. Семеновский полк никуда не приедет!

– Я слышал от Таубе, что ваших сторонников всех разогнали, – поддел политика сыщик.

– Увы. Пришел Сухомлинов и сразу испугался нашей солидарности. Гурко с другими отослали к новым местам службы. Меня не пустили в Думу. Плохо от этого стало сами понимаете кому. Русской армии! А еще России. Мы с военными полагаем, что тысяча девятьсот пятнадцатый год будет «к расчету стройся!». До войны остается два-три года. Я специально ездил в Вену и Берлин, говорил с нашими военными агентами[118] Михельсоном и Занкевичем, они подтвердили. Российское государство имеет границу протяженностью семнадцать тысяч верст. Из них две тысячи двести шестьдесят верст – граница с Германией и Австро-Венгрией. Нам для мобилизации нужен месяц, а немцы заканчивают ее на двенадцатый день. Мы расходуем на оборону два рубля с полтиной, если считать на душу населения. А германцы – пять рублей шестьдесят копеек. Каково? Тут еще наши союзники, черт бы их драл…

– Они-то чем перед вами провинились? – не понял Лыков."

"– Мутные, ненадежные. И нарочно стравливают нас с германцами. Слышали про пакет из пяти франко-русских морских соглашений? Там есть секретные статьи. И галлы сознательно разболтали о них прессе, чтобы поднять скандал и стравить нас с кайзером. Получилось некрасиво: мы отрицали наличие статей, а французские газеты цитировали… Кайзер сильно разозлился. Англичане еще хуже. Недавно приезжал Пуанкаре и сообщил Сазонову большую тайну. О том, что между Францией и Англией имеется устное (Гучков гневно потряс кулаком) соглашение о том, что в случае нападения Германии на Францию Англия вступит с ней в войну. Устное! А если в Лондоне сменится кабинет? Куда они денут свое устное согласие?

Политик перевел дух и опять вернулся к теме близкой войны:

– Германцы формируют два новых корпуса, это сто семнадцать тысяч дополнительных штыков. Принят закон о единовременном обложении капиталов и движимых имуществ в интересах обороны на сумму миллиард марок.