А мы? Никак не утвердим Большую программу усиления русской армии до семнадцатого года. Проект неспешно гуляет по властным кабинетам. Бесценное время уходит. Вы понимаете, чем все это кончится?

– Чем? – с наигранной иронией спросил сыщик, хотя ему было вовсе не до смеха. Гучков высказывал вслух то, о чем сам Алексей Николаевич не раз думал.

– Есть такой молодой генерал Крымов Александр Михайлович. Он в чине капитана возвращался с японской кампании, в эшелоне с мобилизованными солдатами. Так до сих пор вспоминает ту поездку! И говорит: «Не дай нам Бог еще одну войну! Может быть, мы ее и выдержим. Но вот когда пойдет демобилизация…»

– Значит, поэтому сейчас Джунковский пытается отменить внутреннее осведомление в войсках? – спросил Лыков. – Выполняет ваше поручение?

Гучков хрюкнул с оттенком самодовольства:

– Я еще не в тех чинах, чтобы давать поручения генералам свиты.

Хозяин кабинета закручинился:

– То, что вам нужны офицеры с генералами, – это я могу понять. Но бандиты зачем?

– Чтобы замутить варево, – цинично объяснил Гучков. – Нужен взрыв, кипящий котел. Пусть в нем сгорят все ортодоксы, которым присяга дороже будущего России. Да, фартовые пограбят, многих и прирежут в процессе. Лес рубят – щепки летят. Но обыватель закричит: «Помогите, убивают!» Тут явится армия и наведет порядок. Но сначала нужен беспорядок. Только так делаются революции.

– Креста на вас нет, Александр Иваныч…

– Да я за Россию! – истерично выкрикнул бывший депутат. – Черту, дьяволу руку протяну, если это на пользу моей стране. А чистоплюи пускай идут прочь. Посмотрите на эти рожи. Монархия сама себя поставила под уклон. Без вас, без нас. Она расползается по швам. Процесс самоуничтожения уже запущен. Предлагаете пассивно наблюдать, как уровень власти станет клониться все ниже и ниже? Неужели вам не жалко Россию? Неужели она достойна такого монарха?

– Это же макиавеллизм.

– Разумеется, – не стал спорить Гучков. – Как там говорил хитрый флорентиец? Великая цель оправдывает любые средства. А самая великая – это благо родины.

– Через хирургическое вмешательство? – зло спросил сыщик.

– А как иначе? – еще злее переспросил октябрист. – Ждать, пока Николай Александрович сам даст ответственное правительство? Да он никогда этого не сделает. Никогда. Манифест из него клещами вытягивали. Только с перепугу и подписал. А сейчас думает, кретин, как бы все реформы обратно отозвать. Разогнать Думу, запретить политическую жизнь в стране. Чтобы он один сидел там наверху и решал, как нам с вами жить. А мы не люди. Мы безгласные муравьи, наша жизнь в его руках. Да кто он такой, чтобы решать за меня, за вас? А вот ему!

Шалый сложил из пальцев кукиш и тут же налил себе еще водки.