Почему-то мысль, что она была беременная, рожала через сладкое женское место, возбуждала похлеще виагры и жажда заполнить ее маточный сосуд головастиками поднимала бурю в душе, мечту, что когда-то убила Валерия - надежду стать отцом.

Он и не думал шубой покупать ее тело. Тут он скорее проявил заботу о нравившейся девушки. Еще с поезда наблюдая ее изрядно поношенный пуховик, мечтал содрать его и заменить теплыми шкурами. Но ее предложение торга возмутило, и он разозлился. В ее глазах он выглядит тираном? Тогда он будет придерживаться ею созданного образа.

- До весны. Каждый день без перерыва, – выдал сурово и, заметив, как вытянулось ее лицо, добавил: - А в дни месячных - альтернативный секс.

- Но…, - растерянно захлопала глазами, рисуя картины измождения под ним. – Но это долго, я не смогу…, я не умею…, - запнулась, глядя в его глаза в надежде, что он пошутил.

Но Архип смотрел серьезно, не отрываясь. Идти на попятную не собирался.

- Ты молодая, выдержишь. И умная, научишься. К тому же рожавшая.

От последней фразы Есения разрумянилась. Быть мамой это одно, а вот когда мужчина упоминает через какую интимную зону ты ей стала - другое. Стыдливое чувство, уязвимое. Не в силах вымолвить хоть что-то просто кивнула, с ужасом осознавая, что отдает себя в сексуально рабство сахаляру.

- Договорились. А теперь составишь мне компанию за ужином в ресторане?

- Простите, но я сегодня обещала дочери поиграть с ней."

"- Я соскучился по ее вопросам. Давай в выходные сходим куда-нибудь вместе?

- Хорошо, я сообщу Вере. Она несколько раз спрашивала о Вас.

Архип устал поправлять ее выканье, смирился. Решил, что хороший трах выветрит с ее головы уважение к начальнику и даже позволит чуток покомандовать на ложе. В позиции сверху. Не более. С него хватило бывшей жены, теперь он с женщинами стал строже, не впуская в сердце и не доверяя им.

Есения вся извелась пока спускалась к автобусу и, сев на последнее сидение, отвела взгляд в окно, надеясь таким образом спрятаться от любопытных глаз сотрудников. Но женщины, кто зашли в салон позже, не обратили внимания. А мужчины, уставшие после рабочего дня вообще не смотрели в ее сторону.

А вот по возвращению домой ее встретили пара удивленных глаз.

- Дочь, ты раздела какую-то богачку на работе? – мама отошла от двери, впуская дочь через порог, вытирая руки полотенцем.

Есения поморщилась от маминого юмора, все больше сникая. Соврать, как Ольге Евгеньевне, не получится. И все же признаться матери, что этот соболь в счет будущего секса с шефом, язык не повернулся. Мать хоть и была современных взглядов, но даже тут могла осудить.

- Смешно, мам, - наигранно улыбнулась, снимая шубу с плеч. - Я взяла ее в долг. Одна женщина купила дочери, а той не понравилась.