– Паша, ты?

– Так точно, товарищ лейтенант! Красноармеец Карякин, прошу любить и жаловать. В верхах имеют сомнение, что пора мне присвоить звание ефрейтора, это сейчас так называется, раньше называлось отделенный командир. А эта барышня, которую вы приняли за ангела – товарищ Разина, Лидия Андреевна. Когда-нибудь вы вспомните кто она такая.

– А я и не забывал.

Стало смешно, он действительно всё помнил, хотя не сказать, что воспоминания были радужные.

– Я живой?"

"– Частично, Глеб, – проворковала Лида. – Из вас извлекли две пули – одну из плеча, другую из лёгкого. Была ещё третья, но она прошла на вылет, не задев жизненно важные органы. Когда вас доставили в полк, вы были фактически мёртвым, вас даже в госпиталь не хотели брать.

– Вы крепкий, товарищ лейтенант! – похвалил Карякин.

– Так сделано в СССР! – пошутил Глеб. – А советское, значит отличное. Где мы? Давно я здесь?

– Вы целую неделю отсутствовали, – обескуражил ответом Карякин. – Мы притащили вас на плащ-палатке с того поля. Мезенцев приказал в госпиталь вас отправить. В Ярцево как раз санитарный эшелон до Быково грузился. Собственно в Быково мы сейчас и находимся, поэтому я здесь. Ярцево отдали – немцы обходили с севера, возникла угроза охвата и нового котла, организованно отошли, на новые рубежи, так сказать. И наш полк пока в Быково. Вы в госпитале, раньше здесь была городская больница.

– Никогда не слышал про такой город.

– Никто из нас про такой город не слышал, но он существует, хотя городишко за полчаса оббежать можно. Думали вас не довезут, но всё в порядке – довезли, отправили, так сказать, на принудительное лечение. Народ из Смоленска в основном вышел и всё, что осталось от двух окружённых армий тоже. Наши до последнего дорогу держали, а когда охранять стало незачем, отошли.

– Что с немецкой танковой колонной?

– Разбомбили к чертям собачьим! Там, говорят, вообще ничего не осталось.

– Понятно.

– Ну всё, товарищи лейтенант. Пора бежать, – заторопился Карякин. – У нас новый комвзвода, отпустил на полчаса. Ребятам он не нравится, но посмотрим каков будет в деле. Выздоравливайте, возвращайтесь, будем ждать. Эта война похоже надолго.

– Пока, Паша.

– Удачи!

Снова расплылось пространство, женская фигура сделалась размытой, далёкой.

– Лида, ты не уходи, – попросил Шубин.

– Мы уже на «ты»? – проворковало рядом.

– Думаю в связи с некоторыми, вскрывшимися обстоятельствами это будет уместно.

– Хорошо, уговорил, – женская рука коснулась его щеки и Шубин это почувствовал тепло проникла под кожу, щека стала наливаться румянцем. – Это он тебя спас, Глеб – Павел Карякин. Если бы не он, тебя бы никто не вынес, ты бы остался там на поле.

– Хорошо, я запомню. Дети все вышли?

– Да, никто не пострадал. Спасибо вам.