— А вот и свидетель! — указывает на меня Катарина.

Не могу поверить в происходящее, а потому тупо смотрю на её изящный палец, чуть ли не упирающийся мне в лоб. Я свидетель? Свидетель чего? Да, я говорила про угрозы, но о каком заговоре идёт речь?! Это всё похоже на дурной сон, только я не понимаю, как проснуться. Перевожу ошеломлённый взгляд на Эмиля, но он не смотрит на меня. Прищурившись, он наблюдает за каждым движением императрицы.

Тем временем Катарина громко продолжает:

— Леди Лияра рассказала мне все ваши планы. Не думайте отпираться, Эмиль, измена не сойдёт вам с рук! Вы ответите за каждое своё действие по строгости закона!

— Проклятье, Катарина, что за ерунда? Стефан, образумь жену, пока этого не сделал я сам! — громко обращается Эмиль к брату, но тот, конечно, молчит.

— Что ж, вы не оставили мне выбора.

С рук князя вместо привычного Сияния срываются мглистые клубы Тени. Они расшвыривают стражников, словно шахматные фигурки, кто-то успевает спустить курок, и оглушающие выстрелы разрывают густую тишину залы. Крики мужчин, визг испуганных женщин — гости бросаются к дверям, но стража у выхода поднимает ружья, целясь прямо в толпу.

Зажмуриваюсь, ожидая новых выстрелов и воплей боли, пытаюсь вырваться из рук Луизы и вдруг понимаю, что не могу пошевелиться. Знакомые холодные иголочки магии взбегают от ступней к голове, в мгновение подчиняя тело. Липкий ужас охватывает разум. Открываю глаза, чтобы найти Эмиля, взмолиться о помощи, но так и застываю с приоткрытым ртом.

Тень вокруг него припадает к полу, утягивая князя следом. Она заставляет его преклонить колени, ластящейся кошкой трётся о мраморные плиты, медленно приближаясь к ступени, на которой стоит императрица.

Катарина, не обращая на неё никакого внимания, жестом велит страже успокоить подданных. Грубые окрики «Тихо! Тишина!» наполняют залу. Испуганные придворные опускаются на колени, жмутся друг к другу, с одинаковым страхом смотря и на Эмиля, и на саму императрицу.

Оглядываюсь, чтобы найти Алису: та с белым от ужаса лицом падает на колени, трясущимися руками зажимает рот. Но смотрит она не на Эмиля, и даже не на Катарину. Медленно, словно во сне, перевожу взгляд на Луизу. Чёрные пряди её локонов колышутся от невидимых потоков силы, обвивающих стройную фигуру.

Она торжествующе улыбается и, озорно подмигнув мне, шепчет:

— Какой прекрасный вечер, не находишь?

Из пересохшего горла не вырывается ни звука, когда Тень плавно перетекает к Луизе, а та поглаживает чернеющие клубы магии, словно домашнее животное.

— Знаю, всё это выглядит странно и страшно! — Громкий голос Катарины снова привлекает всеобщее внимание. — Но ради восстановления справедливости иногда приходится совершать непривычные вещи.