Одежда Локки загорелась, он закричал, широко раскрывая рот, жалко и страшно. Запрыгал, пытаясь сбить огонь, но ничего не получалось. Одна из его ног подвернулась, и мужчина упал, покатился вниз, пылая в желто-красном ореоле.

— Нет! — закричал Фредерик. — Что ты сделала?! Нет!

И вокруг нас яростно взлетела магия. Гигантская волна начала подниматься с земли, закручиваясь в вихревую воронку, захватывая уже не мелкую пыль, а крупные камни и осколки от зеркала дэва.

Последний орал как умалишенный, я с трудом разобрала в его воплях, что нельзя было прерывать управляющего ритуалом.

От шума и жуткого давления воздуха закладывало уши, словно мы оказались в эпицентре урагана.

— Гэб! — закричала я. — Я тебя люблю! Прости меня!

— Ну наконец-то ты сказала, — пророкотал оборотень. — Я тебя тоже, но даже не думай умирать! Попробуй забрать магию!

— Будьте вы прокляты! — это уже Фреди.

— Что делаем? — закричал Веноза. — Скажите, что делать и попробуем вместе.

— Пожелайте что-нибудь, — вдруг завизжал дэв.

Но внезапно все стихло. Как отрезало. Довольно крупный булыжник треснул меня по башке и скатился на нос. Более мелкие упали почти нечувствительно для моей нынешней толстой кожи, а вот Фредерику, кажется, неслабо досталось, судя по грязным ругательствам. Вот и верь после этого в аристократическое воспитание баронета. Его истинная натура сегодня проявилась во всей красе.

Буйство магии ушло, будто и не было, а на верхушке насыпи, держась двумя руками за обелиск, стоял… Спичка.

— Не понял, — прохрипел Фреди. — Управлять ритуалом может только представитель Старшей крови.

— Дракон? — недоверчиво пробормотала я.

— Дракон-дракон, — дружелюбно подтвердил Спичка и нагло мне подмигнул.

Ох. Но… И я вспомнила, как он, а не Мэрдок ставил канделябр на стол, дескать, артефактами драконов могут пользоваться их слуги. Но Рокфеллер носил предмет сам, не передавая адвокату, и убежденно сообщил, что другие это сделать не могут.

А когда я толкнула Спичку в доме, при том, что от моих толчков в последнее время покачивались и оборотни, Николас даже не дернулся. В нем не осталось силы дракона — ее забрал незавершенный ритуал, но осталась исходная конституция… Вот же я дурочка, не заметила таких простых вещей. И что он там говорил… «Драконы любопытны, любят наблюдать за событиями сами».

— Что ж, — сказал Спичка. — Дракон умер, да здравствует дракон! Предлагаю продолжить наше приятное собрание. И нечего раньше времени с жизнью прощаться, в любви слишком поспешно признаваться. Холли, ты четенькая девочка, и я еще планирую завести с тобой детей, помнишь?

— И я помню, — сообщил Гэбриэл, хлеща хвостом по серым бокам. — Как обещал, что ты не долго проживешь с такими мечтами.