Потом летать примешься, а я жди и беспокойся…

Гэб не любил рассказывать мне о работе, считая мою психику слишком нежной. И особенно не приветствовал, когда трепетная супруга превращалась в существо размером эдак с вертолет и шугала всю округу полетом над поместьем.

Да-да, я научилась неплохо куролесить в небе, наслаждаясь завистью приезжавшего в гости Спички и остальной родни, с которыми мы понемногу, но все же налаживали отношения."

"— Опять сегодня не разрешишь?

— Превращения могут плохо сказаться на ребенке. Доктор же четко сказал, что я оборотень, во мне очень много человеческого, а драконы могут иметь потомство только от людей и других драконов. Милая, нам пора завести детей. Немного. Просто попробуем, вдруг тебе понравится.

Ух, какой знакомый тон. Таким же голосом он убеждал меня стать невестой, а потом — «временной женой». Теперь пришло время «немного детей».

— Поэтому ты давно не превращаешься? — наконец дошло до меня.

И я встретилась с упрямым взглядом мужа. Своего мужчины, который, как я знала из опыта, всегда добивается того, что задумал.

Что было дальше:

Меня таки уговорили на «немного детей». И это действительно оказалось чудесно. По крайней мере после замечательного крепыша-первенца, родившегося оборотнем, я решила еще чуть-чуть продолжить и дожать до дракончика. Единственное, что немного смущает, это слишком довольное лицо мужа, словно он что-то знает, но мне не говорит.

Веноза по-прежнему уговаривает Майю стать птенцом, то есть обратиться в его последователя-вампира. Но девушка все так же не согласна, хотя, насколько я знаю, их отношения становятся все серьезнее.

Спичка официально объявил о своем драконьем происхождении. Хотя все остальные до сих пор скрываются, ждут, когда обретут силу.

Напоминают, что именно поэтому вырвавшийся из ритуальной пещеры Локка не смог найти дракона для завершения обряда. В итоге он вытащил на свет более десятка дальних отпрысков различных драконьих родов. Но повезло ему только со мной, да и то потому, что его предал Фреди, решивший забрать себе медальон-артефакт.

Я получила силу своей прародительницы, а Локка — шанс завершить ритуал. Сейчас он сидит в тюрьме. И я нисколько об этом не жалею.

Он написал мне письмо, в котором признался в бесконечной любви к леди Гвэндолин. Любовь разъела его сердце, он силой заставил ее выйти замуж, а она в отместку ему изменяла. Спустя столько столетий эмоции мужчины были по-прежнему полны ярости и боли, но все же большая часть сообщения была посвящена сожалениям об упущенном всемогуществе. Локка — всего лишь преступник, чьи помыслы были эгоистичны и привели к гибели любимой женщины.

Мы с Гэбриэлом Глостером проживем совсем другую жизнь. В любви и согласии.

Конец"