Но фигура в зеленом плаще исчезла.

Через минуту я оказалась у дерева и бросилась к корзине. Малышка лежала в пеленках, отчего-то не спала и агукала. Человека в зеленом плаще не было видно. А рядом с корзиной на траве развалился Михайло с закрытыми глазами и не двигался.

Я схватила Анечку на руки, крепко прижимая к себе. Оглядываясь по сторонам, я пыталась увидеть того человека в зеленом, который ранее стоял у корзины. И на краткий миг мне удалось заметить его, но фигура в зеленом плаще быстро скрылась в ближайших кустарниках, росших неподалеку.

Значит, мне не показалось.

Действительно кто-то подходил к дереву ранее.

Видимо, чувствуя мое нервное состояние, малышка расплакалась. Я же обратила свой взгляд на мужика, который так и лежал неподвижно на земле. Это было странно. Подойдя к нему с дочкой на руках, я присела и осмотрела его. Крови не было видно, и казалось, что Михайло просто без сознания.

– С Анной Григорьевной все хорошо? – раздался голос Натальи, которая подбежала ко мне, запыхавшись.

– Да, но здесь кто-то был.

– Кто?

– Я не знаю. Похоже, Михайло ударили и оглушили. Он без сознания.

Наташа быстро присела на корточки рядом с мужиком и похлопала его по щекам.

Но он не приходил в себя. А через миг она подняла с земли небольшой пучок травы.

– Сонная трава, посмотри, Люба! – окликнула она меня. – Она здесь валялась. У нее приметные розовые цветочки. Похоже, кто-то прижил эту траву к его лицу. Он и упал в беспамятстве. Эй, Михайло!

Она снова начала трясти мужика, он наконец зашевелился. Что-то сонно пробормотал и, так и не открывая глаз, повернулся на другой бок.

Слова и выводы Натальи окончательно привели меня в тревогу. Этот человек в зеленом точно замышлял какую-то гадость.

Ведь не зря дождался, пока мы отойдем подальше, усыпил мужика и хотел схватить малышку. И, похоже, до этого следил за нами. Ужас!

Меня всю трясло от холодного озноба.

Как я вовремя повернулась назад! Увидела этого мерзавца и закричала! Видимо, я спугнула его, раз он скрылся и ничего не сделал Анечке. И слава Богу.

Наконец Михайло пришел в себя и сел, поддерживаемый Натальей. Она спросила, все ли с ним хорошо? Он мотал головой, никак не мог до конца проснуться. Оттого я его нервно спросила:

– Ты видел кого-нибудь? Здесь был человек.

– Я? Нет, госпожа. Простите, недоглядел. Я у дерева стоял, потом присел, правда, около молодой графини, она спала. А потом не помню.

– Очень жаль, – процедила я раздраженно. И обратилась уже к вдове: – Наталья, я в усадьбу. Как Михайло придет в себя, пусть захватит корзину и возвращается тоже.

Более не говоря ни слова, я почти бегом последовала по тропике обратно. Анечка громко плакала и наверняка была голодна. Но я старалась не слушать ее, а в моей голове крутились тысяча мрачных мыслей.