Мы весь кислород прогоняем через голодные легкие. А вот теперь — холодно.

Сползаю с кровати, не оглядываясь. Хватаю вещи, обувь, делаю несколько шагов. Хочу успеть до того, как снимет. Даже не знаю, почему меня так уничтожает этот акт и этот звук. Сама себе напридумала. Проблема же в другом.

Но не успеваю.

Под Айдаром пружинит кровать, я оглядываюсь.

Мое «после» бьет моментальным откатом.

Я снова его ненавижу.

Сходу не нужно ничего говорить. Он опасный, знаю. Но не сдерживаюсь.

— Ты можешь этого не делать. — Выплевываю в лицо бывшего мужа. Не потому, что такая смелая.

Просто ниже лучше не смотреть. Он голый. Я голая. Прижимаю к груди свои вещи. Чувствую на коже его прикосновения…

Айдар, успевший потянуться к тумбочке, в которой хранит сигареты, приподнимает брови. Он снова непроницаем. Награждает меня притворным удивлением.

А во мне с каждой секундой всё сильнее клокочет.

Себя я ненавижу в стократ больше. Не знаю, как решилась вообще ступить на этот ужасный путь."

"— Я прихожу сюда не получить удовольствие, а потому что ты меня шантажируешь.

Вмазываю, зная, что могу за слова очень больно получить.

Так же, как за «латентного уголовника» однажды. Но страха во мне меньше, чем отчаянья.

Нормализовать происходящее я не хочу.

Выдерживаю взгляд. Усмешку. Данность, в которой в жизни не узнаю его настоящих мыслей.

Если сделает шаг на меня — отступлю, знаем оба. Если захочет напомнить, кто тут заяц, а кто волк, против ничего не сделаю. Но он «благородно» держится. Дарит мне право скорчить из себя запоздалую недотрогу. А в ушах наверняка звучит мое мычание, стоны, на бедрах — жар из-за толчков промежностью навстречу члену и слишком обильная для «пришедшей не получать удовольствие» смазка…

— Считай, я делаю это для себя.

Приятней трахать женщину, которая течет и кончает.

— Ненавижу тебя…

— Я в курсе.

Разворачиваюсь и с горящими щеками направляюсь в ванную до того, как услышу новое «свободна».

Мы хлопаем дверями одновременно. Я прижимаюсь к своей горячим лбом. Айдар скорее всего чиркает зажигалкой.

* * *В ванной я провожу законных двадцать минут. Чтобы привести себя в порядок мне их более чем достаточно. Чтобы привести себя в чувства — бесконечности мало.

Я принимаю душ, смывая его прикосновения его же гелем для душа, который так же настойчиво въедается под кожу.

Запах вроде бы стандартный. Скорее всего считается нейтральным, унисекс. Но для меня он навеки ассоциируется с Айдаром.

Я приезжаю уже четвертый раз. Этот дурдом длится две недели. Сегодня мы даже не разговаривали. Я приложила магнитный ключ к двери, открыла беззвучно, положила сумочку и телефон на консоль.

Кожей почувствовала его первый взгляд, когда Айдар вышел из спальни. «Привет» застряло в горле.