Я слежу за дочерью, то глядя прямо на нее, то в экран.

Лучше всего у нее получается, когда она напрочь забывает о сьемке. Отдается процессу, а я никак не могу нажать на стоп. Хочется снимать и снимать.

Еле-еле заставляю себя. Колеблюсь, обрезать ли начало. В итоге решаю, что нет. Мне сложно перед ним раскрываться, но и совсем холодной оставаться я тоже не хочу.

Как когда-то он — маленькими шажками, выталкивая из себя скупую любовь.

— Папе ср-р-разу отправишь? — Сафие видит, что я опустила руки. Забывает обо всем и несется ко мне.

Упирается локтями в диван и падает на него животом. Заглядывает в мобильный.

Я смотрю на нее мельком, а потом снова в переписку с ее отцом.

Сердце ускорилось.

Он уехал ранним утром. В последние дни так каждый день. Много работы.

Я не смогла попросить, чтобы приезжал пораньше, признаться, что мы с Сафие ужасно скучаем. Хотя и знаю, что он хотел бы что-то такое услышать. А вот клянчить не стал бы.

Теперь же я использую нашу дочь, чтобы завязать диалог.

— Да, балам[12]. Отправляю.

Сафие следит за тем, как грузится видео, а потом снова отталкивается от дивана. Ее музыка зовет.

А меня — загоревшийся зеленым активный статус пользователя.

Айдар открывает сообщение сразу же после доставки. Смотрит все три минуты. А я печатаю пока:

«Репетирует перед послезавтра. Ты сможешь быть?»

Видео вызывает у отца Сафие дикий восторг. Под него летят разом все возможные реакции. Сердце. Огонь. Еще одно — горящее. Подозреваю, он их вообще использует впервые. Просто, чтобы показать, насколько правильно я поступила.

Хочу я того или нет, но это отзывается трепетом в груди. Меня дико тянет к нормальности.

«Она охуенная у нас»

«Обожаю»

Из Айдара фонтаном выстреливает восторг. Несдержанный и может чуточку грубый, но я улыбаюсь.

Знаю, что обожаешь. Чувствую это."

"Хочу извиниться за свои слова про недоверие как к отцу, но что-то тормозит.

Отмечаю оба его сообщения сердечками. А он пока печатает:

«Во сколько послезавтра? Я забыл»

Признание не злит. Я прекрасно понимаю, что Айдар Салманов — очень занятой человек. И к свалившейся снегом на голову беспомощной жене в комплекте с требующей заботы и внимания малолетней дочери он был не готов.

Тем не менее, справился на двенадцать по двенадцатибалльной.

«В одиннадцать»

И добавляю:

«Это не обязательно. Если сможешь. Если нет — я запишу»

Даю ему возможность слиться, не чувствуя при этом вины, но ему мои подачки не нужны:

«Подстроюсь»

«И спасибо, Айлин»

Улыбаюсь вяло, вместо ответа — шлю еще одно сердечко.

С выдохом опускаю мобильный на колени. Сафие продолжает выплясывать, а я вдруг чувствую себя эмоционально выпотрошенной. Смотрю на нее, и осознаю, что сердце кровью обливается из-за нас с Айдаром.

Я вытолкнула себя из абсолютной апатии. Вернулась к ребенку.