Он сделал то, что не смог отец. Через колено. Окончательно.

— Ты до утра договорилась?

Мотаю головой.

— Нет. Мне нужно домой.

Чувствую всплеск раздражения. Я знаю, что ты имел в виду до утра. Я до утра с тобой не выдержу.

— Набери, — Айдар требует, я снова мотаю головой.

Бери свое… Уничтожай… И дай хотя бы раны дома зализать…

— Я не могу.

Останавливаюсь перед ним. Смотрю в грудь. Она вздымается равномерно. Я завидую тому, насколько в ней, наверное, сейчас спокойно.

Он же победитель. Всегда и во всем.

И он не шутил, говоря, что я там всё выжгла. Мне бы тоже хотелось, чтобы кто-то… Так явно легче.

Айдар подцепляет мой подбородок, поднимает его. Ловит взглядом взгляд.

Я готовилась. Мое оружие — расфокус и онемение.

— Твоя машина готова. Завтра можно уже забрать.

Смаргиваю. Он не знает, что я обо всем догадалась. Думает, прежде, чем ударить о пол, можно еще немного возвысить. Это же так похоже на заботу: он занимается моей машиной, он не дает мне сесть в такси к незнакомцу пьяной ночью, он несется через города, он замечает, что я худая и стоило бы поесть, просит видео свое отправить, комплименты делает, цветы эти чертовы…

Я заглотила каждый из крючков.

Они разодрали меня изнутри, когда за целый пучок нитей лески разом дернула Магда."

"— Спасибо, что я должна за ремонт?

Губы Айдара кривятся. Пальцы немного съезжают на шею. Поглаживают. Раньше по коже побежали бы мурашки. Сейчас я еле держусь, чтобы не отступить.

Лишь бы не стошнило, Аллах…

— Найти и решить проблему стоило как половина твоей машины, Айлин.

Удивительно, но я, оказывается, еще умею волноваться. Сердце ускоряется.

— Хорошо, я верну деньги…

Мужские пальцы срываются вниз.

Глаза сужаются. Айдар склоняет голову и смотрит на меня еще внимательнее.

— Что с глазами?

— Плохо спала.

— Спи нормально.

— Хорошо…

Молчим опять.

— Я не к деньгам, Айлин, — после паузы разговор продолжает Айдар. — Тебе стоит лучше думать и меньше доверять не тем людям. Благодаря выебону твоего друга ты влетела на плохую тачку и бесконечные траты…

Я даже улыбаюсь. Мне правда стоит меньше доверять людям. Например, тем, которые создают видимость, что взяв их член в рот, я заслужу себе право любить и быть любимой.

— Хорошо, я учту.

Сейчас слова отлетают от меня, как от стенки горох, но прямого зрительного контакта я больше не выдерживаю.

Отворачиваюсь и делаю шаг в спальню.

Оказавшись внутри — запинаюсь.

Сердце кровью обливается. Черт… Сердце кровью…

Маленький столик снова накрыт. В дальнем кресле — фирменные пакеты. Я читаю на них название того же ресторана, где меня растоптали.

Из-за запаха, пусть и вкусной, но еды, тошнота усиливается.

Я подношу ладонь к губам. Скольжу взглядом по сервировке. Это слишком жестоко.