— Идем? — спросил меня отец, встав у двери, и я кивнул."

"Даня, не понятно зачем, забрал у меня из рук сумку, а затем мы все пошли за моим отцом на парковку.

— Данил, ты поедешь с нами домой? — спросил папа, бросая сумки в багажник своей машины.

— Да.

— А разве ты не собираешься сегодня вечером на благотворительный ужин со своими родителями? — напомнил я ему.

— Нет. Это скучно, — проворчал он.

— Ты должен пойти.

— Я не хочу.

— Ты должен пойти, — вмешался мой отец, повторив мои слова. — Твои родители хотят, чтобы ты был там.

Даня отвел взгляд, затем пробормотал что-то настолько тихо, но я не смог уловить ни слова.

Папа закрыл багажник и подошел к водительской двери. Скрестив руки и прислонившись боком к двери, он окинул Громова долгим взглядом.

— Иди, Данил. Ты можешь не любить своих родителей, но ты по-прежнему остаешься их единственным наследником. У тебя есть обязанности. Я знаю, что ты любишь их компанию, возможно, так же сильно, как и они, но бунт и скандалы не принесут тебе пользы в долгосрочной перспективе. И, кроме того, тебе нужно как можно раньше наладить с ними отношение, чтобы узнать, как управлять тем, что ты когда-нибудь унаследуешь.

Даня поджал губы и промолчал, а затем протяжно вздохнул и сказал:

— Ладно. Я пойду.

— Хорошо, — папа открыл дверь и забрался внутрь. — Леш, садись, — сказал он, прежде чем захлопнуть дверь.

— Увидимся, — я похлопал Громова по плечу.

— Ага, — удрученно пробормотал Даня. — Но ты все равно придурок.

Усмехнувшись, я обогнул капот и сел в машину. Отец завел двигатель и начал выезжать с парковки.

— У вас все нормально? Все-таки поссорились? — спросил отец, когда Даня подошел к своей машине.

— Нет, все нормально, — выдохнул я и взглянул на отца. — Я и не знал, что тебе так сильно волнует благополучие компании Громовых.

— Вообще-то я не знаю и половины из того, что сказал, — папа ухмыльнулся. — Мне нет дела до их компании. Я просто хотел избавиться от него.

— Зачем? — спросил я, нахмурив брови и повернувшись к нему всем телом.

— Потому что хочу отвезти тебя кое-куда, прежде чем мы отправимся домой.

— Куда?

— Узнаешь, когда мы туда приедем.

— Я не люблю сюрпризы, — отрезал я.

— Ты любил их, когда был ребенком, — с улыбкой вспомнил отец.

— Я уже не ребенок, — огрызнулся я.

— Я знаю, — улыбка на его лице померкла. — Я знаю, Леша, я знаю…

Блять, я был не в состоянии простить и забыть нашу горькую историю. Я все еще не привык к тому, что с отцом нельзя было так разговаривать. И отцу тоже было непривычно, потому как он чувствовал себя неловко рядом со мной. Нерешительно и неуверенно. Словно он боялся, что вызовет мой гнев или сделает что-то, что нарушит этот новый мир между нами.

Я откинулся на спинку кресла и посмотрел в окно.